Даже если окрыленная своими идеями Виктория, которая долгое время жадно изучала запретную литературу, не смогла совладать с элементальным духом, то что может Кирса? Авантюристка многое успела пережить на своем невообразимо тернистом пути, но об элементалях практически ничего не слышала.
— Тогда… Неужели всё же придется прибегнуть к…
Кирса Маледикта всегда многократно анализирует ситуации, в которых оказывается, и одновременно продумывает сразу несколько путей к победе. К сожалению, в этот раз всё было несколько иначе. В её голове устоялась лишь одна идея, и неизвестно, что будет лучше: действительно прибегнуть к ней или же просто сдаться.
Пурпурноволосая, не отрывая глаз от развернувшейся перед ней битвы, запустила руку в свою поясную сумку и быстро нащупала маленькую книжку. Пожелтевшие и в некоторых местах потрескавшиеся страницы говорили о значительном возрасте этого писания. Скорее всего, оно было многократно старше самой читательницы.
— А ведь если так подумать, то у Вики была целая гора таких книг… Надеюсь, конкретно в этой есть то, что я ищу…
Её пальцы неимоверно шустро перелистывали страницы. Глаза, пытаясь зацепиться за искомые слова, пулей пролетали по строкам. Порой её пурпурный взгляд на несколько мгновений останавливался на плохо читаемом слове или трижды устаревшем выражении, но затем незамедлительно бежал вперёд.
И вот, потратив всего несколько минут на такой изнуряющий поиск, Маледикта слегка вздрогнула и остановилась на толсто выведенных словах.
— Нашла.
«Поглощение элементального духа».
Если нанести урон его нематериальному существу невозможно, то единственный способ спасти Кормунд — запечатать элементаля воды так же, как он был запечатан внутри Виктории Норборг. Но триумфальна ли будет такая победа? Увидев, как знакомый ей человек потерял абсолютно всё, сможет ли Кирса обречь себя на ту же участь? Хотя… Есть ли у нее выбор?
В конце концов, было бы неправильно смириться с тем, что некогда процветающий Кормунд превратится в заснеженную или наводненную пустошь, в которой будет бесцельно витать элементальный дух воды, ожидая ещё одну самонадеянную Викторию Норборг.
Всего две подглавы где-то в середине книжки. Размытые формулировки, трудно читаемый почерк, нехарактерный для современного Брюнсберга язык… Автор сливает воедино факты и фантазии, мудрые предостережения и наглые напутствия… Но в одном абзаце он был крайне однозначен.
— Элементальные духи не имеют никакого сознания. Это лишь природное явление, описать мы пока не можем. Следовательно, с элементалями нельзя договориться, их нельзя подкупить, но если сущность духа сольется с душой человека, то они станут сосуществовать вместе, как паразит и его носитель.
Маледикта на мгновение осеклась, увидев следующее предложение, но силой подавила эту эмоцию…
— Достаточно лишь вступить в физический контакт с элементалем и выпустить подле него свою душу. Разрушить свой физический сосуд. Убить себя.
Её рука тихонько дрогнула, а взгляд, точно пронзённый этими словами, ещё несколько секунд оставался прикованным к угловатому почерку автора.
Безысходно барахтаясь в ледяной воде и утопая в бездонном океане, Кирса собрала всю оставшуюся надежду в кулак и потянулась к соломинке. Малюсенькая, почти незаметная глазу тростиночка, лежащая на поверхности воды, никаким образом не могла удержать Маледикту, но это было единственное, за что утопающая имела возможность ухватиться… Кто же знал, что эта соломинка не просто окажется бесполезной, но и беспощадно оторвет коснувшуюся её руку?
«Убить себя» — Кирса в очередной раз мысленно повторила последнее предложение, глядя на неуклюже выведенные буквы. Этот странный почерк, казалось, выражал равнодушие, с которым автор давал столь суровую инструкцию.
— Неужели это единственное, что я найду в…
Пурпурные глаза Маледикты неожиданно сверкнули, и она, тотчас выпустив из рук обветшалую книжку, отпрыгнула назад. Пугающий грохот содрогнул землю: в то место, где стояла Кирса, влетела глыба льда.
Аккуратно вымощенная камушками дорога сотряслась, пыль и осколки взмыли в воздух, а огромный меч, на который авантюристка незатейливо облокачивалась, ударной волной отбросило прямо к её ногам.
— Л-Ленц?! — невольно сорвалось с её побледневших губ, но всяческие сомнения быстро погасли, когда девушка внимательнее вгляделась вперёд…
Ледяных статуй стало больше.
— Значит, уже ушел на покой… — с укором то ли в свой адрес, то ли в адрес этой дрянной книжки прошептала Маледикта и плавным движением потянулась к рукояти меча. — Прости, Ленц. Наверное, не за это ты отдал свою жизнь.
Не отрывая свой пристальный взор от противника, который всё ещё восстанавливался после истязаний Ленца, она неспешно просунула руку в поясную сумку и что-то из неё извлекла.
— Этого будет достаточно, — констатировав это для самой себя, она отстегнула сумочку от ремня и небрежно откинула её в сторону.
Неизвестный предмет, который при более детальном изучении оказался обыкновенным раскладным ножом, Кирса спрятала во внутреннем кармане куртки.