– Не расстраивайте себя. Постарайтесь смириться с происшедшим. Графиня была больна – вскоре ей пришлось бы страдать от боли…
– Кто вам это сказал? – осведомилась Ну-Ну, снова становясь подозрительной.
– Так я слышала.
– Это все его оправдания!
– Ну-Ну, пожалуйста, идите спать!
– Три свечи! – пробормотала Ну-Ну и, повернувшись, задула их.
Перед тем, как задуть последнюю, она посмотрела на меня, и я увидела злобу на ее лице.
После этого старуха двинулась к двери, держа руки перед собой, словно сомнамбула.
Дверь захлопнулась. Встав с кровати, я заперла ее и сразу же почувствовала себя в безопасности.
Затем я снова легла, спрашивая себя, зачем Ну-Ну приходила ко мне. Если бы я приняла ее снотворное, то уже бы крепко спала. Что произошло бы тогда?
Как я хотела заснуть и спастись от беспокойных мыслей, вертевшихся в моей голове!
Мой единственный вывод заключался в том, что опасность близка, и больше всех она угрожает мне. Но от кого она исходит? И почему?
Только с наступлением рассвета я смогла заснуть.
Три дня спустя граф послал за нами. Марго и я должны были немедленно ехать в Париж.
Я без сожаления оставляла замок. Растущее напряжение становилось невыносимым. Я ощущала, что за мной наблюдают, и каждый раз, оставаясь одна, бросала испуганные взгляды через плечо. Мне казалось, что слуги как-то странно посматривают на меня. Короче говоря, я не чувствовала себя в безопасности.
Поэтому, получив вызов, я испытала облегчение.
Мы выехали в жаркий июньский день. В природе царило спокойствие, казавшееся зловещим. Было душно, и вдалеке гремел гром.
Париж нисколько не утратил своего очарования, хотя после свежести деревни жара была невыносимой.
Я сразу же заметила, что на улице было много швейцарских и французских королевских гвардейцев. Небольшие группы народа собирались на площадях и возбужденно разговаривали. Каф, откуда доносился аппетитный кофейный аромат, были переполнены. Многие сидели за уличными столиками под цветастыми навесами, защищавшими от солнца.
Граф с нетерпением ожидал нас в предместье Сент-Оноре.
Он крепко сжал мои руки.
– Я слышал о случившемся. Это ужасно! Я тут же послал за вами. Вы не должны возвращаться в замок без меня.
Казалось, только теперь заметив Марго, граф обратился к ней:
– У меня есть для тебя новости – на следующей неделе ты выйдешь замуж.
Мы обе были слишком изумлены, чтобы отвечать.
– Учитывая создавшуюся ситуацию, – граф выразительно взмахнул рукой, – Грасвили и я пришли к выводу, что брак не следует откладывать. Венчание пройдет здесь без лишнего шума. Потом вы поедете в Грасвиль, и Минель отправится с вами – временно, пока нельзя будет что-нибудь устроить.
Марго была приятно удивлена, и когда мы отправились в наши комнаты, чтобы умыться с дороги, она тут же пришла ко мне.
– Наконец-то! – воскликнула она. – Конечно, ждать было бы глупо. Теперь мы уедем отсюда, и отец больше не сможет командовать мной.
– Возможно, этим займется твой муж.
Марго расхохоталась.
– Робер? Никогда! Думаю, с ним я отлично уживусь. У меня есть планы…
Мне стало не по себе. Планы Марго всегда были безумными и опасными.
Граф попросил меня придти к нему в библиотеку.
– Когда я услышал о происшедшем, то чуть с ума не сошел от волнения, – сказал он. – Мне пришлось найти повод, чтобы вызвать вас сюда.
– И поэтому вы ускорили брак дочери?
– Этот способ не хуже других.
– Вы используете решительные меры, чтобы добиться своего.
– Полно! Марго пора замуж. Она принадлежит к тем женщинам, которым муж просто необходим. Семейство Грасвилей всегда пользовалось популярностью в народе, хотя никому не известно, сколько еще будет продолжаться эта популярность. Анри де Грасвиль – как родной отец для своих крестьян, поэтому трудно вообразить, чтобы они восстали против него. Хотя в нынешней ситуации это не исключено. Злобы в народе сейчас куда больше, чем верности и признательности. Но я буду чувствовать себя счастливее, когда вы окажетесь там.
– С вашей стороны очень любезно так обо мне заботиться.
– Как обычно, я думаю о собственной выгоде, – рассудительно заметил он. – Но расскажите, что именно случилось на тропинке.
Выслушав меня, граф промолвил:
– Какой-то крестьянин решил подстрелить кого-нибудь из замка, и случайно ему подвернулись вы. Для них такие поступки внове. Где же они достали ружье? Это тайна! Мы следим, чтобы в руки черни не попадало огнестрельное оружие, так как это может обернуться бедой.
– Значит, ситуация ухудшается? – спросила я.
– Она все время ухудшается. Каждый день мы делаем шаг навстречу катастрофе. – Он серьезно посмотрел на меня. – Я все время думаю о вас, мечтаю о том времени, когда мы будем вместе. Ничто не должно этому помешать!
– И тем не менее, многое мешает, – заметила я.
– Что именно?
– Я ведь не знаю вас по-настоящему. Иногда вы кажетесь мне совсем чужим, иногда удивляете меня, а иногда я точно знаю, как вы поступите.
