Карс наблюдал за этим зрелищем до тех пор, пока последние краски не исчезли, вернув воде ее прежний белый цвет. Ему было жаль, когда все кончилось. Зрелище было таким нереальным, и он мог представить себе, будто снова уснул у мадам Кан на Лоу Кэнэл, и ему снился сон, вызванный слишком большим количеством тхила.
Богхаз беззаботно посапывал рядом с ним. Барабанщик спал подле своего барабана. Рабы отдыхали, склонившись над веслами.
Карс посмотрел на них. Все они были грязны и хранили следы перенесенных побоев — большей частью осужденные преступники, — решил он.
Он подумал, что мог бы узнать среди них джеккериан, валкисиан и кесхийцев.
Но некоторые из них, например, третий человек на их весле, были иного племени. Кхонды, заключил он, и не удивительно, что его по ошибке приняли за одного из них. Это были крупные ширококостные мужчины со светлыми глазами и белокурыми или рыжеватыми волосами того варварского вида, который нравился Карсу.
Он посмотрел туда, где лежали раньше два существа. Эти явно принадлежали к тому же племени, что и те, что приветствовали его накануне с корабля.
Они не были людьми. Не в полном смысле этого слова. Они походили одновременно и на тюленя и на дельфина. Тела их были покрыты короткой темной шерстью. Черты их лиц были тонкими и красивыми. Они отдыхали, но не спали и глаза их были открыты — большие, темные и очень умные.
Они, догадался он, были теми, кого джеккериане называли пловцами.
Интересно, подумал он, какую же роль они выполняют на корабле.
Одно из существ было женского, другое — мужского пола. Почему-то он не мог подумать о них, как о животных — самке и самце.
Он обнаружил, что они изучают его внимательно и с любопытством.
Легкая дрожь пробежала по его телу. В их глазах было что-то необычное, как будто взору их было доступно нечто такое, что недоступно взгляду человека.
Женщина мягким голосом сказала:
— Добро пожаловать в братство бича.
Тон ее был дружелюбным. И все же он чувствовал в нем какую-то сдержанность, нотку замешательства.
Карс улыбнулся ей:
— Спасибо.
И снова он осознал, что говорит на старом марсианском наречии с акцентом. Ему было трудно объяснить к какой расе он принадлежит. Он не сомневался, что сами кхонды не сделают той ошибки, которую сделали джеккериане.
Следующие слова пловца подтвердили его уверенность.
— Ты не кхонд, — сказала женщина, — хотя и похож на этот народ. Где твоя страна?
Вмешался грубый мужской голос:
— Да, где она, чужеземец?
Карс обернулся посмотреть на крупного раба-кхонда, третьего на весле, и встретил взгляд, полный враждебного подозрения.
Человек продолжал:
— Кое-кто болтал, будто ты — пойманный шпион-кхонд, но это ложь. Ты больше похож на джеккерианина, замаскированного под кхонда и присланного сюда сарками.
Волна шепота пробежала по рядам гребцов.
Карс и раньше понял, что ему придется кое-что о себе рассказать, и немного приготовился к этому рассказу. Теперь он заговорил:
— Я не джеккерианин, я принадлежу к племени, которое живет за Схуном.
Это так далеко, что здесь мне все кажется новым и непонятным.
— Может быть, — недовольно проворчал большой кхонд. — У тебя странный вид и говоришь ты странно. Что привело сюда тебя и этого толстого валкисианина?
Богхаз уже проснулся к тому времени и сам ответил на вопрос:
— Мы с моим другом были ловко обвинены сарками в воровстве! — мрачно сказал он. — Какой позор… Я, Богхаз из Валкиса, обвинен в мелком жульничестве! Какая ужасная несправедливость!
Кхонд презрительно сплюнул и отвернулся.
— Еще бы.
Теперь Богхаз решился прошептать Карсу:
— Они будут считать нас парой осужденных воров. Пусть они лучше думаю так, мой друг.
— А разве для тебя это не так? — сердито бросил Карс. Богхаз посмотрел на него внимательным взглядом острых маленьких глаз.
— А для тебя, друг?
— Ты меня слышал… Я пришел из мест за Схуном.
«Из-за Схуна и из-за всего этого мира», — мрачно подумал он. Но ведь не мог же он рассказать этим людям невероятную правду о себе.
Толстый валкисианин пожал плечами.
— Если тебе хочется упорствовать, то пусть будет так. Я согласен. Я тебе доверяю. Разве мы не партнеры?
Карс кисло улыбнулся на этот искусный вопрос. В наглости этого вора было нечто такое, что забавляло его.
Богхаз заметил его улыбку.
— А, ты думаешь о той злосчастной жестокости, которую я проявил прошлой ночью. Но это был всего лишь порыв. Забудем об этом. Я, Богхаз, уже забыл, — добавил он великодушно. — Но остается тот факт, что ты, мой друг, владеешь тайной… — он понизил голос до шепота, — гробницы Рианона.
Счастье, что Скайлд слишком невежественен для того, чтобы опознать шпагу!
Эта тайна, если верно взяться за дело, может сделать нас самыми великими людьми на Марсе!
Карс спросил его:
— Чем же так важна гробница Рианона?
Этот вопрос вывел Богхаза из состояния равновесия.
— Ты хочешь сделать вид, будто не знаешь об этом?
Карс напомнил ему:
— Я же сказал тебе, что пришел из такого далека, что этот мир совсем нов для меня.
На толстом лице Богхаза отразилось недоверие и замешательство одновременно. Наконец он сказал:
