- А рассказывать-то особо и нечего. Впрочем, даже если я и удостоился божественной помощи в том бою, это, ведь, не умоляет результата, верно? - Лукаво ухмыльнувшись, подмигнул Андрей, с удовольствием наблюдая расширившиеся от удивления зрачки венценосной особы, сидящей напротив, после чего выложил на тонкой работы резной деревянный столик, стоявший аккурат между креслами, суконный свёрток и развернул ткань, обнажая перед взглядом собеседника тридцать шесть перстней. Ни одного платинового, к сожалению, среди них не было, однако дюжина золотых и две дюжины серебряных были в наличии.
Некоторое время помедлив, лорд перевёл неверящий взгляд на северянина и после некоторой паузы всё же спросил:
- Так это что, правда? Ну... Насчёт Дикой Охоты... - Сейчас всем своим видом этот доселе властный мужчина выражал неуверенность и некоторую... Опаску.
- Как знать, друг мой, как знать... - Задумчиво ответил северянин. - Но одно могу сказать точно: вчера после рейда, когда мы праздновали победу, с нами разделил стол сам Отец Ратей. Если не верите мне - спросите у Лирдэйл. Она - человек не заинтересованный. - он расслабленно откинулся на спинку кресла, с лёгким неагрессивным вызовом глядя в глаза собеседника, всем своим видом демонстрируя уверенность, покой и расслабленность.
Пробыв несколько секунд в ступоре, что-то тщательно обдумывая, приняв про себя решение, сэр Эрдал заметно расслабился и успокоился, после чего вновь обратил свой взгляд, излучающий заметный интерес, на Нордгардца и вновь заговорил:
- Что ж, когда мне доложили на границе о том случае с пленными и явлением знамения бога Грома, я подумал, что это либо преувеличение, либо простое совпадение, либо была использована магия. В свете же произошедшего ночью я уже и не знаю, что думать. Неужели вы, северяне, в своём Нордгарде, действительно настолько близки с богами, как говорят? Поговаривают даже, что вы ведёте родословную от своих богов. - Лорд словно размышлял вслух, время от времени уходя взглядом влево, что свидетельствовало о том, что он вспоминает чьи-то слова, затем его взгляд вновь устремлялся на Фёдда.
- Что я могу сказать, чудеса не происходят с теми, кто в них не верит... - Снова напустил Хротгар туману. - Что же насчёт родословной, то Один, Вили и Ве создали первых людей из двух найденных на берегу моря деревьев: мужчину по имени Аск из ясеня и женщину с именем Эмбла из ивы, затем, Один дал им душу и жизнь, Вили разум и движение, Ве же одарил их обликом, речью и пятью чувствами. Однако, боги не удалились от Мидгарда, сотворив его, а продолжали наблюдать за Аском, Эмблой и их потомками, время от времени являясь им. История знала много историй любви людей и Асов. Потомки древних и знатных родов верят, что их семьи достигли своего могущества именно благодаря происхождению от Асов, не только Всеотца и двух его братьев, но и от их потомков. Я тоже в это верю, а боги и по сей день не покидают нас. Наверное, то, что им до сих пор не надоели дрязги смертных - ярчайшее доказательство того, что среди нас живут их потомки. - Улыбнулся Хротгар, наблюдая за тем, как лицо здешнего владыки вытягивается по мере рассказа.
Обсудив с гостеприимным хозяином ещё несколько заинтересовавших того вопросов о сотворении мира, договорившись насчёт задействования Ирнала для своей инициации, чему лорд, пребывая под впечатлением от услышанного, особо не препятствовал, получив задание для своей бравой тройки зачистки и забрав несколько крупных кошелей золота и серебра за перстни, каждый из которых означал отнятую жизнь, уроженец прославленных земель севера отправился на конюшню. Там он в одной из седельных сумок набрал мешок соли, благо, в её натуральном, а не химическом происхождении в этой глуши он не сомневался, а затем направился в свои покои и хорошенько запер дверь.
Расчистив пол, он около часа мучился, насыпая геометрически правильный круг и пентаграмму, после чего ещё с полчаса формировал из маленьких кучек соли символы необходимого вида лезвием кинжала и убирал лишнюю соль. Дважды он своими движениями случайно нарушал круг, который приходилось из-за этого восстанавливать. За время этих процедур он не один раз успел подумать, что с кровью всё прошло бы гораздо быстрее. Впрочем,подумав о том, что балахонщику, принесшему его в жертву, потребовалось целых пол литра крови, а также о том, что некрасиво оставлять на полу чужого дома следы крови или чернил, он отбросил эти мысли. Наконец, закончив с подготовкой ритуала, он поставил в центре пентаграммы кресло, разместив второе напротив, но уже за пределами круга. Это было жестом вежливости. Разобравшись и с этим, он принялся читать заклинание.
