Выехав обратно на Топангу, я остановился у первой попавшейся бензоколонки и воспользовался платным телефоном, чтобы позвонить Майло на работу.
– Как раз кстати, – отозвался он. – Только что закончил разговор с Форт-Джексоном. Кажется, малышка Синди в самом деле была больна. Именно тогда, в восемьдесят третьем году. Но не воспалением легких и не менингитом. А гонореей. Из-за этого ее и изгнали из армии – она прослужила меньше ста восьмидесяти дней. Это означает, что от нее захотели избавиться как можно быстрее, чтобы потом не выплачивать пособие.
– Только из-за гонореи?
– Из-за гонореи и того, что привело к ней. Похоже, за те четыре месяца, что Синди пробыла там, она установила своего рода рекорд по неразборчивости в связях. Так что, если она водит муженька за нос, это означает, что она просто последовательна в своих действиях.
– Неразборчивость, – повторил я. – Только что я уехал от нее, и именно сегодня у меня впервые возникло ощущение ее сексуальности. Я приехал рано, сделал это умышленно, мне было любопытно, почему она не хотела, чтобы я приезжал до двух тридцати. У нее были распущенные волосы. Буквально. Была одета в короткие шорты и тенниску без бюстгальтера.
– Занялась тобой?
– Нет. На самом деле, она чувствовала себя неловко.
Спустя несколько минут рассыпала землю из цветочного горшка, испачкала одежду и поспешила выйти, чтобы переодеться, а когда появилась вновь, ее костюм был не столь легкомысленным.
– Может быть, ты только-только разминулся с ее дружком?
– Может быть. Она сказала, Кэсси спит с часу до двух, Чип в этот день с двенадцати до двух дает уроки, так что для интрижки лучшего времени и придумать нельзя. К тому же спальня пахла дезодорантом.
– Маскирующим запах любви, – закончил Майло. – А ты никого не видел? Какие-нибудь машины выезжали с улицы?
– Всего-навсего спец по бассейнам, смывающийся с подъездной дороги соседнего дома. О, черт, не думаешь ли ты, что это был он?
– Конечно, думаю, – засмеялся Майло. – Я всегда думаю о людях самое худшее. – Опять смех. – Бассейнщик. Вот тебе и типичная калифорнийская интрижка.
– Он был у соседей, а не у нее.
– Ну и что? Ничего необычного в том, что эти парни обслуживают несколько бассейнов в квартале, а раз это так далеко от города, он может заниматься всем этим чертовым участком. Способов великое множество. А у Джонсов есть бассейн?
– Да, но он был покрыт пластиком.
– Ты рассмотрел мистера Хлоризатора?
– Молодой, загорелый, волосы собраны в хвост. На его грузовике было написано: "фирма по обслуживанию бассейнов «УЭЛЛИБРАЙТ». «Брайт» написано не по правилам.
– Он видел, как ты подъехал?
– Да. Он притормозил, высунул голову и уставился на меня, потом широко улыбнулся и показал мне большой палец.
– Настроен дружески, да? Даже если он только что занимался с ней любовью, возможно, он не единственный. Там, в армии, она не была монашкой.
– Как ты узнал об этом?
– Это было нелегко. Армия скрывает свои дела просто из принципа. Чарли потратил много времени, пытаясь проникнуть в ее файл, но так ничего и не добился. В конце концов я проглотил свою гордость и позвонил полковнику – исключительно ради тебя, парень.
– Весьма благодарен.
– Ну да... К его чести, этот индюк не злорадствовал. Сразу соединил меня с незарегистрированным телефоном. Нечто вроде архива. Никаких подробностей, только фамилия, звание, номер и обозначение статьи увольнения из армии. Но мне повезло: я попал на офицера из архива, который служил в армии одновременно со мной, и убедил его позвонить в Южную Каролину и найти кого-нибудь, с кем я мог бы переговорить. Он отыскал женщину-капитана, которая была капралом тогда, когда Синди была рядовым пехотинцем. Она отлично помнила Синди. Похоже, наша девица была в казармах у всех на языке.
– Эта база исключительно женского состава. Значит, мы говорим о лесбиянках?
– Нет. Она развлекалась в городе, обычно во время увольнений, в местных барах. Все закончилось, по словам капитана, когда Синди связалась с группой подростков и один из них оказался сыном местной шишки. Она заразила его гонореей. Мэр города нанес визит командующему базой, и – всего хорошего. Жалкая историйка, а? Это имеет какое-то отношение к твоему Мюнхгаузену?
– Беспорядочность в связях не является типичной для синдрома, но если рассматривать ее как еще одну форму привлечения внимания, то, думаю, да. Кроме того, у Мюнхгаузенов часто наблюдается кровосмешение в детском возрасте, и сексуальная свобода может быть другой реакцией на это. Но вот что совершенно определенно соответствует синдрому, так это раннее знакомство с серьезной болезнью, а с серьезным заболеванием Синди познакомилась раньше гонореи. Вырастившая ее тетя оказалась диабетиком.
– Нарушение содержания сахара. Интересно.
– Подожди, есть еще много занятного.
Я рассказал ему о том, что нашел инсуджект и показал его Синди.
