А Таня была рада, что сможет помочь своему другу, освободит его хотя бы от части забот. А потому решила всерьез заняться этой историей. Вот и шла она в синагогу, вспоминая свое прошлое. Таня почему-то подумала о том, что если бы Циля была жива, она бы взяла сейчас ее с собой.
Раввин встретил Таню приветливо и провел небольшую экскурсию по самой синагоге. Затем они прошли в соседнее здание — в библиотеку.
Когда раввин отпер ключом тяжелый висячий замок и они вошли, в нос сразу ударил затхлый, тяжелый запах давно не проветриваемого помещения. А на полу, на столах был огромный слой пыли.
— Простите, — раввин поймал взгляд Тани, — сюда давно никто не заходил. Как только Аарон исчез, библиотека стояла закрытой. А пыль…
— Да, действительно, — Таня провела пальцем по столу, — почему здесь так грязно?
— Уборщица давно не приходила. Пропала куда- то. Я собирался сразу ее попросить убрать в библиотеке, как только она появится. Но она не пришла.
— Как давно ее не было? — Таня вдруг почувствовала смутное чувство тревоги, как будто в голове загорелся красный огонек, некий сигнал повышенного внимания.
— Да вот как Аарон исчез. — Раввин вдруг запнулся и уставился на Таню. — Да, действительно! Она не появлялась с тех пор, как Аарона нашли убитым. Вы думаете, это важно?
— Важным может быть всё! А раньше уборщица исчезала так надолго? Кстати, как давно она у вас убирает?
— Второй год. И. нет, раньше никогда ничего подобного не было. Все было в порядке.
— Что за уборщица? Как ее зовут? — наступала Таня.
— Глафира Чернова. Живет на Молдаванке. 56 лет. Пожилая женщина, ворчливая. Но к своей работе относилась добросовестно.
— Она не еврейка?
— Нет. Мне просто порекомендовали ее. Сказали, что у нее сложные жизненные обстоятельства. Я хотел помочь. Вы думаете, имеет значение то, что она не еврейка?
— Да. Ей плевать на все ваши реликвии, — сразу сообразила Таня, — то, что важно и свято для вас, для нее пустой звук.
— Я как-то не думал об этом… — побледнел раввин, — я думал, что делаю доброе дело, помогаю несчастной женщине.
— Какие тяжелые обстоятельства, чем несчастна? — Таня прекрасно знала жителей Молдаванки и то, как умеют они притворяться ради нужной цели, особенно ради выгоды.
— У нее сын пьет. В тюрьме сидел. Мать не обеспечивает. Как напьется, выгоняет из дома. А она пожилая женщина, больная.
— Все понятно, — Тане действительно все было понятно — знакомый типаж. — Значит, она убирала здесь. Все было хорошо?
— Вроде да. — раввин запнулся.
— А с Нудельманом она ладила? Или вот как раз это и было не так?
— Да, — раввин вздохнул, — вы правы. Они вечно ссорились, прямо как кошка с собакой! Аарон постоянно приходил на нее жаловаться — то бумаги на столе передвинула, то пол залила. Но я не обращал внимания — Аарон жаловался на всех. Он был неуживчивым человеком, с плохим характером, со всеми ссорился. Ему было сложно угодить.
— У вас есть ее адрес?
— Сейчас попрошу помощника найти — должен быть записан в конторской книге.
Раввин вышел и почти сразу вернулся. После разговора с Таней он выглядел встревоженным. Пока раввин отсутствовал, Таня заглянула за один из шкафов и убедилась, что уборщица совсем не добросовестно относилась к своим обязанностям — за шкафом явно никогда не убирали. Слой пыли, мусора и грязи там был многолетний.
— Вы меня озадачили… — честно сказал раввин.
— Она пила? — спросила Таня.
— Нет. Пьяной я ее никогда не видел.
— Скажите, вы не боялись допускать ее к синагоге, зная, что ее сын сидел в тюрьме? Там же ценности есть, золотые светильники, к примеру.
— Она не убирала в синагоге, — раввин был совсем не так прост, — только в этом здании. В библиотеке и других помещениях. В синагоге убирают мои помощники. Нельзя было ее туда допускать.
— Вот это правильно, — сказала Таня.
Раздался стук в дверь, на пороге появился помощник раввина, протянул листок бумаги и вышел.
— Вот, пожалуйста, — раввин отдал листочек Тане, — улица Южная, 6, квартира 2. Глафира Чернова.
Таня спрятала листок в сумку, твердо решив завтрашним же утром наведаться на Южную улицу, к пропавшей уборщице. Исчезновение этой женщины означало хоть какой-то след.
— Что вы хотите вычитать в наших книгах? — спросил раввин.
— Все о меноре — что это за символ, историю, с чем связан, — ответила Таня.
— Понимаю. Вот на этой полке книги, в которых вы можете найти все, что вас интересует. Оставляю вас в одиночестве.
Таня попрощалась с раввином и, когда он ушел, тщательно осмотрела рабочий стол Аарона Нудельмана, но не нашла на нем ничего интересного. Ее удивило то, что на этом столе не было ничего личного — ни записей, ни фотографий, ни каких-то бумаг… Казалось, у Аарона Нудельмана совсем не было своей, личной жизни — ничего, кроме картотеки и документов, связанных исключительно с библиотекой. Это отсутствие личной информации тоже было весьма характерной чертой, которая заставляла задуматься. Аарон Нудельман был не так прост.
Еще некоторое время Таня потратила на поиск нужных книг, из которых можно было почерпнуть интересующую ее информацию. Затем села к столу и принялась читать.
