С помощью природной смекалки и наглости Скоробогатский всегда умудрялся выходить сухим из воды. А вступив в тесные коммерческие отношения кое с кем из большевистских комиссаров, смог еще и упрочить свое положение.
В результате всех этих махинаций он стал владельцем процветающего предприятия, торгующего древесиной на экспорт и мебелью под государственные поставки. Надо ли говорить, что основной деятельностью предприятия была контрабанда в Турцию. Войдя в долю, Скоробогатский быстро упрочил свое положение в теневом мире и закрутил контрабанду в таких объемах, что диву давались даже видавшие виды уголовники.
Склады предприятия, представлявшие собой сплошной деревянный барак с единственным входом, на котором висел большой амбарный замок, находились на Ближних Мельницах. Скоробогатский занял под них целый квартал небольшого переулка.
В тот момент, когда Лев Александрович обустраивал склады, ему вдруг приглянулся дом, в котором жила довольно большая семья — муж с длинной бородой, очень странный на вид, жена и пятеро детей разного возраста.
Сначала Скоробогатский честно предложил семейству продать ему дом. Но семейство заартачилось — мол, дом построили еще их родители, и все такое. Тогда Лев Александрович обиделся. Впервые в жизни он хотел поступить честно — и тут вдруг! Ну, не судьба — значит, не судьба.
Плюнув на непонятно откуда взявшуюся честность, Скоробогатский принялся собирать сведения. Очень скоро он узнал, что бородатый глава семейства был бывшим священником. Когда-то он служил в небольшой церквушке здесь же, на Ближних Мельницах, но большевики активно боролись с религией и везде, где только могли, закрывали церкви. Этой участи не избежала и церковь на Ближних Мельницах — в ней устроили склад картошки. А священник остался без работы и поступил счетоводом в какую- то контору, чтобы хоть как-то прокормить многочисленное семейство.
Скоробогатский потер руки в восторге — это ему и было надо! Не захотели продать дом за деньги — теперь отдадут даром. Скоро полетели доносы — в местный ЦК ВКП (б), в уголовную милицию, в Киев и в Москву. В доносах разными почерками и от разных людей писалось одно и то же: о том, что бывший священник в своем большом доме организовал опасную секту, выступающую против советской власти.
События не замедлили последовать. Священника с женой арестовали, детей отправили в детский дом. Заплатив небольшую взятку большевистскому начальству, Скоробогатский вселился в облюбованный им двухэтажный дом, который находился как раз напротив его складов на Ближних Мельницах.
И вот, некоторое время пожив в свое удовольствие, Лев Александрович задумался о том, чтобы жениться и тем самым увеличить свой капитал, а также упрочить свое положение в советском обществе. Тут же подвернулись две идеальные кандидатуры.
Обе претендентки соответствовали требованиям Скоробогатского — он хотел, чтобы женщина была без детей, возрастом до 30 лет, богата и не уроженка сельской местности. Желательно также говорить по- французски, уметь шить и вышивать — чтобы самостоятельно изготавливать себе наряды, а не требовать от мужа дорогостоящих покупок.
Первая девица была дочерью крупного нэпмана, торгующего в Одессе всеми писчебумажными принадлежностями. Вторая — дочкой большевистского комиссара, который занимал достаточно серьезное положение в городе.
Казалось бы, выбирай и радуйся, но нет, тут Скоробогатскому подвернулась третья претендентка. Встретилась она ему в одном из ресторанов, а конкретно — в ресторане «Аккорд», куда преуспевающий торгаш время от времени ходил. И стоило ей блеснуть своим черным глазом из-под коротко стриженных темных волос, как Лев Александрович пропал.
Роман закрутился с бешеной скоростью. Девица, которую звали Татьяной, не имела ни богатых родителей, ни родственников с высоким положением, ни какого-то капитала, ни места в обществе. Кроме того, нэпман был совершенно неуверен насчет ее возраста. Но на фоне разгоревшейся страсти это было не важно. Страсть была исключительно со стороны Скоробогатского, так как девица постоянно водила его за нос.
В первую ночь, когда они решили уединиться в гостинице, Лев Александрович опозорился так страшно, что и сам не мог вспоминать потом об этом позоре. Выпив с девицей самого дорогого вина, нэпман… заснул. Конечно, девица ушла, а в гостинице его умудрились ограбить — утащили часы и набитый бумажник.
Через два дня, оправившись от стыда, Скоробогатский разыскал эту Татьяну в том же самом ресторане «Аккорд», чтобы извиниться и попробовать все заново. Девица сначала отказывалась, но потом все же согласилась с ним поужинать. Они стали встречаться время от времени, но в своих ухаживаниях нэпман не продвинулся ни на шаг.
