Остаток утра прошёл будто в оцепенелой дымке. Все, казалось, были крайне озабочены тем, как Сириус Блэк проник в замок, но Гарри это почему-то не волновало. Он был рад, что Дин и Симус в безопасности, но, откровенно говоря, в остальном Гарри больше беспокоился о Сопелке.
Гарри умудрился проглотить несколько кусочков тоста, который кто-то (может быть, Макгонагалл?) положил перед ним. Есть было трудно из-за тяжести в груди.
Миссис Уизли вышла, чтобы сказать им, что они могут на несколько минут зайти к Джинни.
— Она не может двигаться, имейте в виду, — предупредила миссис Уизли, — но это пройдёт. Она вас слышит, и целители говорят, что ей не больно. Мы просто должны присматривать за ней, пока ей не станет лучше. Но вам нельзя оставаться надолго, потому что это её утомит.
Это было немного похоже на разговор с Гермионой в прошлом году, когда та окаменела, за исключением того, что глаза Джинни были живыми, и было видно, как она переживала за них.
Гарри эгоистично радовался, что целители не позволили им задержаться дольше, чем на пять минут. Возможно, завтра он лучше справится. Сегодня всё, на что он был способен, — это сесть рядом с её кроватью и быстро пожать Джинни руку. В каком-то смысле он держался лучше всех остальных: Гермиона изо всех сил старалась не заплакать, а Рон никак не мог подойти к кровати. Миссис Уизли сидела с другой стороны, расчёсывая волосы Джинни, и разговаривала, но, казалось, не ожидала, что кто-то ответит ей. Тем не менее это было ужасно неловко.
Когда они попрощались, Макгонагал догнала Гарри, прежде чем он успел уйти.
— Гарри, я хочу кое-что тебе сказать, — устало проговорила она.
Гарри остановился, придав своему лицу, как он надеялся, вежливо-выжидательное выражение. На самом деле ему хотелось, чтобы она ушла и оставила его в покое. Он устал и просто хотел вернуться в постель, в крайнем случае, попасть в класс, где он мог бы притвориться, что работает с конспектом, чтобы никто не беспокоил его.
Макгонагалл начала что-то говорить, но он ничего не понял и только предположил, что до него правильно дошло — Снейп заберёт его «домой». Макгонагалл долго ворчала, что Совет попечителей планирует закрыть школу, чтобы обновить защиту; что Гарри нужно уехать куда-нибудь в безопасное место; что он никому больше не нужен, и Снейп застрял с ним. Возможно, это были не совсем её слова, но она явно имела в виду именно это.
Она сказала что-то о том, как ей жаль, что его фамильяр умер. И с чего это она взяла? Люди, казалось, этим утром говорили много вещей, которые он не совсем мог уловить.
Но это не имело значения. Всё было так, как и предполагал Гарри — он никому не нужен. Если бы у него хватило сил, он, вероятно, разозлился бы.
Гарри поспешил догнать Рона и Гермиону, которые направлялись обратно в гриффиндорскую башню.
— Всё нормально, — сказал Рон, как только Гарри пересказал ему разговор с Макгонагалл, — когда Джинни немного поправится, мои родители заберут тебя в Нору.
Гарри улыбнулся, прекрасно понимая, что Рон слишком оптимистичен — Гарри никогда не везло. Судя по виду Джинни, ей понадобятся месяцы, чтобы поправиться. Гарри будет только мешать.
— Я напишу тебе, если ты пришлёшь ко мне Хедвиг, — ободряюще сказала Гермиона. — Я тоже уезжаю сегодня утром. Мама попросила, чтобы я собрала кое-какие вещи, она заберёт меня домой как можно скорее, — Гермиона быстро обняла их обоих и побежала вверх по лестнице в спальню для девочек.
Гарри даже не успел собраться. Макгонагалл сказала, что кто-то уже упаковал его чемодан, а Снейп всё отправил и велел просто положить в сумку несколько вещей, которые ему сегодня понадобятся. Кроме того, Снейп передал, что Гарри должен одеться для магловского Лондона. Поэтому он натянул джинсы, свитер и кроссовки. К счастью, эти вещи были среди дополнительной одежды, которую Снейп счёл нужным купить ему, когда они отправились в Хогсмид, ворча, что он не позволит Гарри разгуливать по выходным в одежде, годной лишь на ветошь для Филча. Гарри поколебался над своей мантией-невидимкой, затем засунул её в сумку с книгами и накинул зимнюю мантию за неимением другой тёплой одежды.
Он встретился со Снейпом в холле, держа клетку с Хедвиг.
— Думаю, вашей сове будет неудобно, — заявил Снейп, — учитывая транспорт, которым мы собираемся воспользоваться.
У Гарри оборвалось сердце.
— Нам придётся оставить её здесь, сэр? — тоскливо спросил он. Уже плохо, что Сопелку до сих пор не нашли, так теперь придётся и с Хедвиг расстаться?
Снейп покачал головой, распахнул клетку Хедвиг и протянул ей руку. С поразительной покорностью сова взобралась на его запястье. Маг поднёс её к своему лицу и что-то прошептал. Хедвиг ласково пощипывала его пальцы, как будто ей действительно нравился этот человек. Как ни странно, что-то похожее на улыбку тронуло уголок рта Снейпа. Через мгновение сова вскочила на плечо Гарри, слегка потянула его за волосы, а затем вылетела из открытой входной двери замка.
— Сэр? — Гарри недоумевал: кроме его самого, единственным человеком, к кому Хедвиг относилась настолько дружелюбно, был Хагрид.
