Старомодные часы на кухне показывали половину десятого. Гарри порылся в холодильнике и шкафах, чтобы посмотреть, что там есть. В холодильнике оказались только молоко и яйца. Никакой колбасы или чего-нибудь ещё. Гарри решил, что приготовит омлет — в этом он был хорош. Петунии подарили целую поваренную книгу, полную рецептов омлетов и всяких омлетоподобных штучек. Она опробовала пару рецептов, а потом решила, что это слишком хлопотно, и отдала книгу Гарри.
В результате дальнейших исследований отыскалось немного сыра, который можно было положить в омлет. Всего было с полдюжины яиц, так что Гарри использовал их все. Порывшись в шкафах, он нашёл подходящую для омлета сковородку. Вот бы немного грибов или чего-нибудь ещё, чтобы несколько оживить завтрак. Гарри печально покачал головой: вряд ли он сможет произвести впечатление на Снейпа.
К десяти часам завтрак был готов, но профессора всё ещё не было. Гарри задумался, что же делать с едой, чтобы она осталась горячей. Если поставить в духовку, то через десять минут омлет высохнет и станет отвратительным. Обычные согревающие чары Гарри наложить не мог — насколько он знал, ему не разрешалось колдовать вне школы. Оставался единственный способ сохранить блюдо горячим, и Гарри собирался его опробовать, иначе придётся разбудить опекуна.
Снейп сказал, что на хлебнице есть заклинание стазиса. Это должно сработать. На самом деле, стазис был лучше, чем согревающие чары, которые имели тенденцию делать еду несъедобной, если оставить её надолго, как и нагревание в духовке. Гарри вытащил из хлебницы полбуханки хлеба, переложил в буфет и сунул на её место тарелку с омлетом и чашку с горячим чаем, а затем съел свой завтрак. Тишина начинала действовать ему на нервы. Он не был уверен, что ему следует делать. Захочет ли Снейп, чтобы Гарри оставался в своей комнате, или ему придётся заниматься чем-то другим?
Он вымыл посуду после завтрака, находя утешение в этой прозаической задаче. Кухня была действительно приятной маленькой комнатой, если не обращать внимания на грязь, которая, казалось, покрывала всё вокруг. Васильково-синие шкафы и белая раковина придавали ей домашний уют, которого, казалось, всегда недоставало изначально стерильной кухне Петунии. Холодильник был только вполовину обычного размера и, должно быть, старше Снейпа, как и плита. На деревянном кухонном столе, выкрашенном в тот же цвет, что и шкафы, отсутствовала скатерть. Кухня знавала лучшие времена, но Гарри был уверен, что если её вычистить, тут станет очень хорошо.
Покончив с посудой, Гарри принялся неспешно вытирать столешницы, прикидывая, что проблема с уборкой части кухни заключалась в том, что остальная её часть выглядела ещё более убогой.
Он огляделся, но не нашёл ни швабры, ни веника. Наконец он обнаружил кучу тряпья под раковиной, за бутылкой какого-то универсального чистящего средства, в которой почти ничего не было. Гарри предположил, что если Снейп когда-нибудь и давал себе труд убраться, то наверняка использовал магию.
Грязное окно над раковиной выходило в заросший сад, окружённый невысокой стеной. Жалкие белые занавески, видавшие и лучшие дни, висели по обе стороны окна, наполовину закрывая вид.
Не задумываясь об этом, Гарри наполнил раковину водой и вылил чистящее средство, потратив некоторое время на то, чтобы как следует вымыть верх плиты, шкафы и стол. Раздражало отсутствие веника — Гарри с удовольствием бы всё вымел. Вымыв маленькое кухонное окошко, он задумался, есть ли у Снейпа стиральная машина. Если есть, то можно постирать занавески.
К тому времени, когда он закончил уборку кухни, оставшись почти довольным (он всё ещё не подметал и не мыл пол, а духовка плиты нуждалась в чистке), было уже около полудня. Гарри подумал, не стоит ли ему проверить, жив ли вообще Снейп.
Запинающиеся шаги, донёсшиеся сверху, засвидетельствовали, что профессор всё же ещё живой.
Гарри смахнул тряпки обратно под раковину, не желая давать повод попенять ему на сделанную наполовину работу из-за разбросанных принадлежностей для уборки.
Дверь ванной открылась и закрылась. Через мгновение Гарри услышал плеск льющейся в душе воды.
Гарри нерешительно замер на кухне. Приняв решение, он достал завтрак профессора из хлебницы и положил его на чайный поднос, который нашёл во время уборки, наполнил маленький молочный кувшин и прихватил сахарницу, так как не мог вспомнить, пил ли Снейп чай с сахаром или нет. Всякий раз, когда дядя Вернон или Дадли болели, тётя Петуния настаивала, чтобы им подавали еду в их комнаты.
Гарри осторожно отнёс еду в комнату Снейпа. Дверь была полуоткрыта, так что Гарри оставалось только проскользнуть с подносом внутрь.
Комната разочаровала его тем, что оказалась совершенно нормальной: ни летучих мышей, ни черепов, ни каких-то странных вещей, плавающих в банках. Две стены от пола до потолка занимали книжные полки. Кровать стояла изголовьем к окну, у которого расположился низкий столик. На него Гарри и поставил свой поднос.
