Капли воды упали на руки Северуса, заставив его вздрогнуть. Несколько секунд он в замешательстве смотрел на влагу, прежде чем понял, что плачет. Он вытер глаза тыльной стороной ладони, стараясь взять себя в руки. Это было не похоже на него — так выражать свои эмоции.
Спящий мальчик повернул голову. В свете настольной лампы Северус увидел его профиль, и это не был профиль Джеймса Поттера. В приглушённом освещении лицо ребёнка больше походило на Эвансов: нос такой же, как у мистера Эванса, а рот — как у матери Лили. У него действительно, как у Джеймса, торчали во все стороны непослушные вихры, не давая возможности пригладить их, но цвет волос мог быть от кого угодно.
Возможно, Лили использовала не все волосы с расчёски Джеймса.
Ребёнок снова повернулся, потом вдруг сел и уставился на Северуса широко раскрытыми глазами.
Северус даже не был уверен, что мальчишка действительно проснулся.
— Поттер? — хрипловато спросил он. — Что вы здесь делаете?
Мальчик встряхнул головой.
— Профессор? — спросил он, тревожно косясь на опекуна.
— Да, Поттер, — невозмутимо отозвался Северус.
Мальчик, казалось, вздохнул с облегчением и пошарил вокруг в поисках очков.
— Не мог уснуть, — пробормотал он, найдя и надев их. Теперь сходство с Эвансами стало почти незаметным — мальчик больше походил на мужа Лили, с растрёпанными волосами и в очках, которые были его самой заметной отличительной чертой.
— Однако, похоже, вам удалось заснуть здесь, — заметил Северус.
— Я развёл огонь, — Поттер пожал плечами, — подумал, что это поможет мне уснуть, — он взял с дивана одеяло и, завернувшись в него, поднялся. — Не буду вам мешать, сэр.
— Неважно, Поттер, — вздохнул Северус, — я пришёл только за книгой. Но раз вы проснулись, не хотите чаю?
Северус не знал, что заставило его предложить мальчишке чай. У него было лишь смутное предчувствие, что, возможно, он добьётся большего успеха, расположив его к себе. Со своими слизеринцами он обнаружил, что есть вещи, о которых можно говорить только глубокой ночью.
Замешательство на лице мальчишки выглядело почти комично.
— Побудьте здесь, — распорядился Северус, поднимаясь, чтобы принести чай.
Когда он вернулся, Поттер пристально смотрел на разведённый в камине огонь. Северус поставил поднос с чаем на кофейный столик, налил две чашки и протянул одну мальчишке.
Северус не знал, как начать этот разговор. Чаще всего, когда он сталкивался с подобными проблемами у студентов своего факультета, те сами стремились облегчить душу, так что ему редко приходилось делать что-то большее, чем просто выслушать.
К несчастью, между ним и Поттером слишком много разногласий, и достигнуть взаимопонимания будет не так легко. Это ведь не просто приступ тоски по дому, который пройдёт через пару дней. И отправить Поттера к Поппи, как обычно было с теми студентами, которые нуждались в большем, чем чашка чая, Северус тоже не мог. Нет, в данный момент Поттер был полностью его проблемой.
— Вы позвонили Грейнджер? — спросил Северус, решив, что это такое же хорошее начало разговора, как и любое другое.
Поттер вздрогнул, как будто забыл о присутствии Северуса.
— Нет. Наверное, я забыл, — тихо пробормотал он.
— Позвоните ей утром, или она подумает, что я нашинковал вас на ингредиенты для зелий, — усмехнулся Северус, а затем бросился как в омут головой, потому что нужно было с чего-то начать: — Вы, кажется, очень сердитесь на мисс Грейнджер. Есть какая-нибудь причина?
Поттер с минуту молча смотрел на него, потом сузил глаза и угрюмо пробурчал:
— Я не сержусь на неё.
— Значит, вы всегда её обзываете? — Северус откинулся на спинку стула, держа в руке чашку чая. — Это выглядит… несколько странно.
— Что значит «обзываю её»? — возмутился мальчик.
— Во время вашего… случая, — Снейп отхлебнул чаю, — хотя вы, кажется, были совершенно не в себе. Может быть, вы не помните?
— Я… — начал Поттер, затем замолчал и пожал плечами.
— На самом деле, я заметил, между вами и вашими сокурсниками существует довольно большая дистанция. Вы стали совсем замкнутым, — Северус слишком устал, чтобы ходить вокруг да около.
Мальчик снова пожал плечами.
— Может быть, она чем-то расстроила вас? — надавил Северус.
Поттер молча покачал головой. Северус пытался придумать, что бы ещё сказать, когда Поттер пробормотал, уткнувшись в свой чай:
— Она не должна была лезть не в своё дело.
— Она чересчур дотошна, — Северус внимательно наблюдал за мальчишкой, который, поджав губы, начал раскачивать ногой. — О чём вы не хотели, чтобы она спрашивала? — осторожно поинтересовался он.
— Ни о чём, — Поттер скривился, как будто его обуревали какие-то эмоции, Северус не смог определить, какие именно. А потом мальчишка огрызнулся: — Она просто не должна была болтать у меня за спиной. Друзья так не поступают.
— А, — Северус снова отхлебнул чаю, — значит, вы недовольны, что они с Уизли пошли к Люпину со своими подозрениями?
— Что? Перси пошёл с ними? — удивился Поттер.
— Нет, близнецы. Очевидно, у этих двух пройдох достаточно здравого смысла, чтобы поговорить со взрослыми, когда они чувствуют, что что-то не так.
