Гарри не знал, что и думать. Что-то в этом жесте заставило мальчика почувствовать… он не был уверен, что именно. Это было так странно ласково. Всё остальное, что Снейп делал для Гарри, было сделано из чувства долга, чтобы помочь ему успокоиться или потому, что он был болен. Всё это имело смысл.
Но на этот раз… на этот раз Снейп укрывал Гарри одеялом точно так же, как миссис Уизли укрывала его и Рона прошлым летом. Поскольку Рон всегда говорил маме, что он слишком взрослый, чтобы хлопотать над ним, она быстро чмокала его в щёку перед сном. А примерно через час, когда Рон уже спал, миссис Уизли прокрадывалась в комнату и укрывала их обоих. Иногда она сначала стояла и смотрела на них. Это было настолько странно, что Гарри спросил об этом Рона. Тот пожал плечами и сказал, что мама всегда говорила, что хочет убедиться, дышат ли они.
Гарри задался вопросом, не было ли это просто чем-то, что обычно делают родители. Он не знал.
Было странно, что Снейп тоже так поступил.
Гарри долго вглядывался в темноту комнаты, радуясь тому, что в коридоре горел свет.
Следующие день или два прошли спокойно, так как все трое вернулись к заведённому порядку. Гарри и Люпин обычно вставали и готовили завтрак. Люпин пытался вовлечь Гарри в разговор, и тот давал самые короткие ответы, какие только мог, а потом убегал — читать «Сказки барда Бидля», или писать письма, или просто сидеть с Сопелкой, глядя на стену.
Ближе к обеду вниз спускался Снейп, что-нибудь съедал, проводил час, уставившись на Люпина, а затем возвращался в постель. Он повторял это за ужином, только сидел с ними час-два в гостиной и смотрел телевизор.
Очевидно, Снейп понимал, что телевизор — лучший способ избежать разговоров с людьми, с которыми приходится жить в одном доме. Гарри всегда нравилось, когда Дурсли погружались в телепросмотры. Хотя, возможно, это сработало не так хорошо, как надеялся Снейп — он, похоже, любил передачи про полицейских, а Люпин всё время просил объяснить ему, в чём дело.
Спустя сутки Гарри подумал, что к нему вернулась способность заставлять взрослых забыть о его существовании.
К сожалению, не до конца. Люпин иногда отправлял Гарри на улицу одного, чтобы выгулять Сопелку, но в основном ходил с ними, однако и тогда пребывание на улице было менее угнетающим для Гарри — было легче перестать слушать Люпина, когда они были снаружи. По большей части Гарри просто не обращал на него внимания, отвечая на вопросы ворчанием и односложными словами, чувствуя, что на самом деле ничего не происходит.
Вполне вероятно, он мог бы продолжать в том же духе бесконечно долго, если бы профессора, наконец, не устали от его нежелания общаться.
После обеда, дней через десять после… происшествия… (Гарри всё ещё не мог назвать это нужным словом), профессор Люпин остановил мальчика, прежде чем тот успел убежать в свою комнату.
— Гарри? — окликнул Люпин и жестом пригласил Гарри сесть. — Нам нужно поговорить.
Профессор Снейп сидел за столом и пил чай. Он всё ещё выглядел измученным, но сегодня вид у него был немного бодрее. Он встал к завтраку и, судя по всему, намеревался не ложиться до вечера. Этим утром у них с Люпином было какое-то небольшое совещание в гостиной — Снейп имел некоторое представление об акустике дома, потому что Гарри слышал, как он прошипел «не здесь», когда Люпин попытался заговорить с ним на кухне.
Мальчик послушно сел, сложил руки перед собой на столе и уставился на свои переплетённые пальцы, не глядя на Люпина или Снейпа. Он отстранённо подумал, не собираются ли эти двое наконец сказать ему, что с ним слишком много хлопот. Разговоры, которые начинались словами «Нам нужно поговорить», обычно заканчивались для Гарри плохо.
Это впечатление ещё больше усилилось, когда профессор Снейп пододвинул к нему чашку чая, слегка пахнущего носком.
Гарри разжал руки и, обхватив ими чашку, взглянул в чёрные глаза человека, сидевшего напротив него.
Должно быть, Снейп снова начал читать мысли.
— Не смотри так, Гарри, — он вздохнул. — Мы не собираемся делать ничего страшного и никуда тебя не отправим.
— Нет, конечно, нет, — Люпин пододвинул стул и сел в конце стола. — Я просто хотел поговорить о некоторых вещах, которые нашёл в доме твоих дяди и тёти.
Гарри быстро сделал глоток ароматизированного носком чая. Сегодня у напитка был слегка горьковатый привкус, который молоко и сахар не могли полностью скрыть. Гарри почувствовал, как расслабились руки и замедлилось сердцебиение.
— Хорошо, — тихо сказал он, подумав, что в том, чтобы быть подопечным Мастера зелий, есть большое преимущество. Зелья, которые постоянно давал ему Снейп, помогали спать всю ночь, не просыпаясь в холодном поту. А теперь успокаивающее зелье, добавленное в чай, оказалось кстати — это поможет мальчику выдержать разговор, который в противном случае был бы весьма нервным.
Люпин достал простую папку из манильской бумаги, как у маглов, и открыл её. Внутри было несколько колдографий, Люпин протянул Гарри верхнюю.
