— Но… но он сказал… он сказал, вы… — растерялась Гермиона.
— Я отдаю себе отчёт в том, что магические законы кажутся странными для маглорожденных, — прервал её Снейп. — Ты должен понять, — обратился он к Гарри, — что юридически это фикция. Само существование договора связало дома Снейпа и Уизли, но это ничего не меняет в твоей жизни.
Наконец Гарри задал вопрос, который крутился у него в голове в течение последнего часа:
— Так… так я могу… общаться с… другими девочками?
Снейп улыбнулся. Зрелище оказалось поразительное. Если бы Гарри не знал опекуна лучше, он бы сказал, что выражение его лица стало почти ласковым.
— С девочками… мальчиками… С кем хочешь. Важно то, что заклинание удалось таким образом умилостивить. В противном случае, — Снейп содрогнулся, — я, скорее всего, окажусь обременённым первенцем мисс Уизли.
У Гарри не было уверенности, серьёзно Снейп говорит или это одна из его язвительных насмешек.
В следующее мгновение Снейп посерьезнел.
— По словам гоблинов, если мисс Уизли или её семья не предложат мне что-то, за что я буду готов отдать свою душу, её жизнь окажется связана с моей. Если я заболею… — он, помолчав, вздохнул, — ещё больше заболею… Мисс Уизли разделит мою болезнь или травму. Возможно, из-за этого она не выздоравливает так быстро, как следовало бы. Я мог даже ненароком паразитическим путём забирать её магию. Очевидно, в прошлом столетии заклинание несколько раз действительно использовалось именно для этого. Более чем вероятно, что если бы я был смертельно ранен или болен, она умерла бы в тот же миг, что и я. — Он помолчал. — Не то чтобы я собирался умереть в ближайшем будущем.
Снейп закрыл глаза и прислонился головой к дверному косяку.
— Видите ли, поскольку у нас априори не было взаимоотношений, наша магия пытается найти баланс. К счастью, это соглашение предоставило мне то, за что я отдам свою душу.
Казалось, он разговаривает во сне. Дети переглядывались в недоумении.
— Что это? — прошептала Гермиона.
Снейп соскользнул вниз по стене. Гарри сообразил, что это один из приступов сонливости, и инстинктивно помог опекуну осторожно сесть. Он не мог удержаться, не попытав счастья, и пронзительным от собственного безрассудства голосом спросил:
— А на что вы променяете свою душу?
Снейп открыл бездонные чёрные глаза и посмотрел на опустившегося рядом с ним на колени Гарри.
— На твою безопасность, глупый ребёнок.
Веки мужчины опустились.
У Гермионы расширились глаза.
— Гарри… — прошептала она. — Когда это случилось?
— Что случилось? — безучастно спросил Гарри, не понимая, о чём она.
— Не обращай внимания, — Гермиона наклонилась, чтобы встряхнуть профессора.
— Не надо, — схватив её за руку, предостерёг Гарри, гадая, как они собираются уложить этого человека обратно в постель.
— Что он здесь делает? — к ним сзади подошёл Билл и удивлённо покачал головой. — Ну же, профессор, — он протянул руку и потряс Снейпа за плечо, прежде чем Гарри успел остановить его.
Волшебная палочка профессора взметнулась, уткнувшись прямо в нос Билла. Что-то вспыхнуло, и Билл замер, став жертвой того же заклинания, которое Гарри уже испытал раньше.
— Ммм… Профессор? — Гарри не мог сказать, полностью ли проснулся Снейп, поэтому отодвинулся немного в сторону.
— Что, Гарри? — Снейп по-совиному моргнул.
— Э-э… Кажется, вы заколдовали Билла.
— О, — он опустил палочку, и освобождённый Билл, пошатнувшись и стряхивая с себя остатки чар, предложил:
— Идёмте, профессор.
Гарри помог Биллу поднять Снейпа на ноги.
— Я держу его, Гарри. — Билл выглядел намного бодрее человека, только что побывавшего под заклятием. — Вы идите, я позабочусь о нём.
Ребята вернулись в комнату Рона. Внезапно из спальни Снейпа раздался яростный вопль Билла:
— Фред! Джордж! Тащите сюда свои задницы!
Рон ухмыльнулся, когда близнецы стремительно слетели вниз по лестнице. Было слышно, как один спросил у другого:
— И что же мы сделали на этот раз?
Когда дверь комнаты закрылась за ними, Гарри выложил Рону и Гермионе всё, что сказал ему Снейп.
— Видишь, Гермиона, — сказал Рон, когда Гарри наконец закончил. Гермиона сидела на постели Рона, а он сам устроился на полу рядом с ней, прислонившись спиной к кровати. — Всё нормально. Гарри не нужно беспокоиться о том, что он застрянет с Джинни. Он может встречаться с тем, кто ему нравится.
Гермиона по-прежнему хмурилась, скрестив руки на груди.
— И это всё, что тебя волнует? — прошипела она.
Что-то в словах Рона действительно беспокоило Гарри, но он не мог понять, что именно, пока Гермиона не сказала очень тихо и рассерженно:
— Снейп ничего не говорил о Джинни.
— А? — спросил Рон, поднимая глаза, он уже успел вернуться к чтению комиксов — это было его любимое занятие в дождливый день.
