В комнате было невероятно тихо, и ни один из Северусов не заметил, когда остановилась пластинка — игла проигрывателя была зачарована самостоятельно подниматься, едва запись заканчивалась.
— Я начала беспокоиться. Это очень долго, чтобы попытаться… тем более, что я выбирала лучшее время, чтобы… ты понимаешь, — Лили говорила приглушённо, словно боялась, что кто-нибудь подслушает.
Реальный Северус вынужден был наклониться ближе, чтобы услышать её.
— Я хочу специализироваться на акушерстве, стала ученицей акушерки. В прошлом месяце она применила ко мне все свои чары, — слёзы снова потекли по щекам, но голос звучал почти ровно. — Она научила меня этим чарам, чтобы я могла проверить Джеймса. Я сделала это сегодня днём. Он работал всю ночь, поэтому спал и ничего не заметил.
Тут Лили подняла голову и посмотрела на Северуса опустошенными глазами.
— Он не может… он не может иметь детей. Но он чистокровный, и у него должен быть…
Северус резко выдохнул, всё понимая. Именно по этой причине многие чистокровные волшебные семьи угасли.
— О, Лили, — Северус крепче сжал её руки, — ты ему сказала?
— Я не могу, он так сильно хочет ребёнка. И я тоже, — она снова опустила глаза на колени. — Я не знаю, куда ещё идти.
— Ничего не понимаю. Что я могу сделать… — Северус умолк, когда Лили подняла глаза, теперь сверкающие решимостью.
— Ты знаешь, как приготовить зелье? — спросила она.
— Зелье? — брови Северуса поднялись в недоумении и замешательстве. — Я могу приготовить любое зелье, какое ты захочешь, но от этого нет лекарства, ты же знаешь.
— Зелье сокрытия родства, — твёрдо сказала Лили, не сводя ярких глаз с лица Северуса.
— Я… наверное… Я имею в виду, — Северус, сделав паузу, сглотнул. — Это не трудное зелье… но… — он снова замолчал.
— Но что? — тихо спросила Лили.
— Ну, кто будет… Ты знаешь?.. — Северус говорил, чувствуя, как запылало лицо.
— Донором? — спросила Лили, по-прежнему не сводя с него глаз, хотя её щёки тоже стали ярко-розовыми.
Северус кивнул.
— Полагаю, ты попросишь кого-нибудь из друзей Поттера? — в его резком голосе слышалось что-то похожее на неодобрение.
Лицо Лили приняло свекольный оттенок, на который было больно смотреть.
— Я-я… я как бы надеялась… — голос Лили дрогнул. Она отдёрнула руки и, взяв волшебную палочку, хотела встать с дивана. — Ничего страшного. Я уже сказала, это было ошибкой.
— Лили… Лили, подожди, — Северус снова схватил её за руки и не дал подняться. — Я просто… извини. Глупый вопрос. Это не моё дело. Конечно, я помогу.
