— Не томите, — хмуро поторопила я. — Почему у нас внутри этот дурацкий компас? И у него он появился раньше, чем у меня? — мотнула головой через плечо.
— Потому что Тим рунный маг, и в тот момент на нем руны защитные были. Они самортизировали твой удар, — охотно отозвался куратор.
Ответ ничего не прояснил, для меня уж точно, и Николаич с поистине ангельским терпением продолжил просвещать меня о размерах задницы, в которую я вляпалась.
— Ментальный удар, если смотреть по энергетике, похож на большую кляксу, и зона опасности — это множество таких тонких лучиков, — начал популярно разъяснять Николаич. — Вот пара этих лучиков за Тима и зацепилась. Крепко так зацепилась… — Куратор снова сделал паузу. — Защиту не пробила, но в его ауре завязла намертво, что тебя и спасло.
— Э-э-э… в каком это смысле? — снова напряглась я.
— В прямом, — он пожевал губами. — Видишь ли, если активизация случается, как в твоем случае, у необученного сенса, это выжигает и его самого, слишком большой всплеск получается. К сожалению, в прошлые разы скрытых сирен не удалось спасти, мы приезжали только забрать труп. Психика не справляется, способности сырые, толком не тренированные, — вздохнул он, а я в очередной раз покрылась ледяными мурашками. — Обидно было до жути, потому что сирены бывают только С-класса и высшей категории, но высшая категория обычно активные. А сильных сенсов, к сожалению, мало, в пределах Питера твоего уровня наберется не больше двадцати. И половина работает в институте, а не в ячейках. — Николаич соединил кончики пальцев. — Нам катастрофически не хватает таких людей в поле, большинство все-таки по В идет, а этого не всегда достаточно. Так что, когда наши засекли тебя, да еще и выяснилось, что ты выжила, тут народ чуть с ума не сошел от радости. Но прохлопали, что ты сиреной оказалась. — Николаич усмехнулся. — Зациклились именно на том, что живой осталась. Подумали, что просто спонтанная активизация способностей в момент стресса, как обычно и бывает.
— Так почему я живой осталась? — тихо переспросила, потушив истлевшую до фильтра сигарету, в животе стремительно нарастало ощущение проглоченной целиком ледяной глыбы.
— Тим сработал как якорь, часть выплеснутой энергии перетянулась на него, и тебя, скажем так, не затянуло в воронку. Ну и хорошо, что тренировалась, сработали навыки и частично погасили отдачу, — негромко произнес куратор. — Ты просто нырнула в то состояние концентрации, которое тут тренируют несколько месяцев, и тебя по касательной задело. Короче, Сонька, не окажись там этого красноглазого красавца, все могло быть намного хуже. В лучшем случае психушка, как ты выражаешься, в худшем… — Николаич замолчал и красноречиво развел руками.
Да, иначе мы бы тут сейчас не сидели и не разговаривали. Я откашлялась, опустив взгляд, достала вторую сигарету. Ничего, потерпит, проветрит потом, а у меня стресс.
— Как тогда про… него узнали? — мотнула головой назад. — И про якорь этот?
— Не сразу, — признался Николаич, а дальше продолжил альбинос.
— Я сам пришел, когда понял, что происходит, — пояснил за моей спиной Верден. — Тогда, в нашу самую первую встречу и почувствовал, что ощущаю твое местонахождение. Меня это насторожило и заинтересовало. Я пошел к Семену Николаевичу, честно рассказал. Причем не связал тот случай на КАД, когда меня цапануло. Не придал значения, — альбинос хмыкнул, — просто сказал, что вот такая фигня, что с этим делать и лечится ли это?
Я все-таки не выдержала и нервно захихикала. «Доктор, у меня проблемы». — «Вы хотите поговорить об этом?» Фрейд отдыхает просто…
— А я сказал, что способ проверить только один. — На лице куратора поселилась хитрая усмешка. — Если парня тянет к девушке, ну, ты сама понимаешь.
Ё-мое!!! Сводник хренов, вот почему мне в мозг втирал про клин клином и все такое! Щекам стало жарко, захотелось заползти под стол, чтобы никто не смотрел на меня. А Верден, гад, еще и дышит в шею, черт!!! Мне ж это, чувствительно там очень…
— Короче, — резко произнесла я, с усилием отвлекаясь от сумбура в голове. — Что там с этой связью? У него, понятно, она возникла, когда удар получил.
— А у тебя вчера, — шепнул Тим. — Когда открылась, Соня.
Я обреченно закрыла глаза: не зря мне казалось, что все как-то по-особому происходит, а это, оказывается, связь дала о себе знать. Именно в момент, когда была беззащитнее всего. Вот жизнь подлянка-то, а… И ничего не поделаешь, действительно частично сама виновата, частично стечение обстоятельств. Верден ничего не делал специально, чтобы это все случилось. Он просто оказался не в том месте и не в то время. Хотя как раз в том месте и в то время. Я не сдержала кривой улыбки: да, без него валяться бы мне в психушке с гладкими мозгами без единой извилины или, того паче, рядышком с родителями. Хочешь не хочешь, а мы связаны покрепче всяких там банальных любовей и прочей хренотени в этом роде.
