Я вспомнила и вопрос, заданный Сиффрину в Серых землях: «Похоже, опасно отдавать вот так свой источник жизни?»
А он ответил: «Только если ты отдашь слишком много…»
Я подобралась к краю норы и различила гудящий, низкий голос. Говорил тот старый лис, Рупус. Я насторожила уши.
– Каро и Флинт рассказали мне о том, что случилось. Ты выглядел как койот, бьющийся в смертельных судорогах. А потом малышка помогла тебе, и ты снова стал лисицей.
– Да он всегда был лисом, – прозвучал голос Каро. – Он просто изменил облик.
– Я ведь сразу сказала, что в нем есть что-то странное, правда, ма? – Я узнала говорок Симми, лисички с темным мехом.
– Верно, – согласилась Каро. – Я тоже это почувствовала. И койоты забеспокоились, хотя и боялись оскорбить своего вожака.
Рупус перебил их хриплым рыком:
– Так это была просто маскировка?
– Да, – откликнулся Сиффрин с другой стороны логова.
Я прижала уши, в моем горле зародилось рычание. Меня охватили смешанные чувства – и гнев, и облегчение. Почему Сиффрин пришел сюда? Я не хотела, чтобы он умер, но это не значило, что я его простила.
– Я был далеко от стаи луговых волков, когда принял вид их вожака. И подумал, что будет безопаснее передвигаться под прикрытием ва-аккира. Раньше это всегда помогало.
Я подползла ближе к выходу.
– Вижу, ты очень гордишься своим лисьим искусством, но тебе не хватает ума пользоваться им осторожно, – строго заговорил Рупус. – Ты привел к нашему логову целую стаю койотов.
Сиффрин ответил тихо, сдержанно:
– Я был очень осторожен и принял чужой облик далеко от их территории. Не понимаю, как они меня обнаружили.
– Но кое-что ты подозреваешь, – настойчиво сказала Каро. – Я вижу. Ну же, говори, молодой лис. Если нам грозит опасность, мы должны знать причину.
Сиффрин вздохнул:
– В последние ночи, когда я шел через Дикие земли в облике койота, меня постоянно преследовали Зачарованные. Они загнали меня к подножию горы. А потом бежали за мной по вересковой пустоши. Но я никогда не слышал о том, чтобы лисицы гонялись за койотами. Вы ведь понимаете, о чем я говорю? Они лисы видом, но не духом.
Я ощутила, как в воздухе за пределами норы повисла тревога… будто почувствовала ее вкус на языке.
– Мы слишком хорошо знаем, кого ты имеешь в виду. Привязанных лис. Они бродят по Долине призрака.
– Да, привязанные… – Сиффрин, казалось, удивился тому, что старый лис произнес именно это слово. А может быть, был даже поражен, – во всяком случае, я услышала его протяжный вздох. – Я видел, как Зачарованные преследовали Айлу и… и ее друга на краю долины. Я постарался отвлечь врагов, хотел задержать их, чтобы Айла успела скрыться. Но Зачарованные с азартом бросились за мной в погоню, их ярость застала меня врасплох. Словно они знали, что я не настоящий койот. И как будто ожидали моего появления.
Свернувшись в норе, я вспомнила вой, который отвлек Зачарованных от меня и Хайки. Так это был Сиффрин?
Рупус снова заговорил:
– Ты уверен, что здесь есть какая-то связь? И эти омерзительные лисицы и койоты объединились против тебя? Но зачем?
Сиффрин долго молчал. Я двигала ушами, улавливая звуки по другую сторону норы. Я слышала шорох, когда кто-нибудь из лис менял позу. Но в остальном все было тихо.
Наконец лис с красной шкурой сказал:
– Я посланец Старейшин.
Раздался общий громкий вздох.
– Неужели Старейшины действительно знают все? – прозвучал голос Тао.
– Почему Бесхвостый Пророк хочет привязать лисиц из Диких земель? – спросила Симми.
– Старейшинам плевать на нас, – рыкнул Флинт. – Вы же слышали, что сказал Рупус. Старейшинам нет дела до наших страданий.
– Это неправда! – с чувством воскликнул Сиффрин. – Старейшины добрые. Они тревожатся за всех лисиц.
– Но если они такие умные и могущественные, почему они не остановят Пророка? – фыркнула Каро.
Сиффрин вздохнул:
– У Мэйга достаточно своих сил. Он, похоже, черпает их откуда-то. Старейшины сильны, но они не могут разбить армию Зачарованных. Видимо, маа Мэйга более велика, чем у любой лисицы, когда-либо жившей на свете. Кроме Черного Лиса.
В берлоге стало очень тихо.
Затем испуганно прозвучал чей-то молодой голос:
– Но разве Черный Лис не может остановить Пророка?
Мне показалось, что это говорил младший брат Симми и Тао. Как они его называли? Мокс.
Сиффрин ответил едва слышно:
– Поймите… это секрет. Нашим врагам нельзя его открывать… Черный Лис исчез, и никто не знает, где он.
– А ты не потрудишься объяснить, что делает на наших скромных лугах посланец столь великих и таинственных лисиц?
– Прошел слух о некой молодой лисице из Серых земель… Опасались, что ее мог схватить Мэйг.
– Продолжай! – потребовал Рупус.
– Старейшины боятся за нее. И в том, что она оказалась в опасности, виноват был я, поскольку потерял ее в Серых землях. И мне предложили снова ее найти.
Я вышла из своего угла на середину берлоги. Сиффрин стоял недалеко от выхода, его рыжий хвост метался.
Вся семья была в сборе, а рядом с Флинтом тихонько сидел Хайки. Увидев меня, он тут же бросился навстречу:
– Айла, я так беспокоился!
