Еще одно существенное уточнение. Я уже говорил о сорокалетнем террористическом стаже Бегина. Но было бы несправедливым недооценивать и террористический опыт Шарона. Разве учиненная в 1953 году по его приказу и при его личном участии повальная резня в палестинском селении Кибии не явилась моделью, по которой двадцать девять лет спустя была совершена ужаснувшая весь мир расправа с мирным населением Сабры и Шатилы! Разве не Шарон в 1976 году под прикрытием "гражданских беспорядков в Ливане" организовал массовое истребление палестинских беженцев в Тель-Заагаре!
Да, оба они, Бегин и Шарон, орудовали в ливанской бойне подобно опытным рецидивистам. В том числе и в кровавой оргии по "чистке" лагерей палестинских беженцев в Сабре и Шатиле, где, по неполным сведениям, было убито три тысячи жителей - среди них беременные женщины, грудные дети, дряхлые старики.
Единственное, что не удалось Бегину, это воспрепятствовать созданию в Израиле комиссии по расследованию резни в Сабре и Шатиле - очень уж единодушен был гнев мировой общественности, очень уж много израильтян вышли на демонстрации протеста (в одной из них участвовало 400 тысяч человек - около 20 процентов всего взрослого населения Израиля!) против преступления, окончательно опозорившего Израиль в глазах человечества!
Бегину и Шарону пришлось дать показания созданной комиссии. Эти показания можно охарактеризовать одним словом - ложь. Я не буду приводить множества уверток и вымыслов, которыми не погнушались военные преступники, чтобы любой ценой выгородить себя. "Не помню", "не знаю", "не слышал" - то и дело встречается в их показаниях. Хотя некоторые члены комиссии не очень-то горели желанием докопаться до невыгодной для Бегина и Шарона правды, оба они были уличены в ложных показаниях. И тогда премьер-террорист и министр смерти прибегнули к испытанному в кругу преступников-рецидивистов способу: начали топить друг друга. Бегин стал валить все на Шарона, в котором он, кстати, подозревал вероломного конкурента, затаившего желание пробраться на пост премьера. Шарон подхватил эстафету взаимного доносительства и стал валить все на Эйтана. Тот сразу же стал копать против Дрори (командующего израильскими войсками в Ливане), а Дрори избрал козлом отпущения Ярона (командующего израильскими войсковыми частями в Бейруте). Но сколько веревочке ни виться...
Лживость показаний Бегина и иже с ним вынуждена была признать даже сионистская пресса. Приведу только один из заголовков сообщений на эту тему из газеты "Наша страна" в номере от 28 сентября 1982 г.:
"Уже вечером 16 сентября командование ЦАХАЛа знало о резне".
А ведь Бегин нагло утверждал в своих показаниях, что об уничтожении жителей Сабры и Шатилы узнал, бедный, вместе со всем человечеством только утром 18 сентября. От кого? От Шарона? От Эйтана? Нет, смиренно лгал господин премьер: о кошмарном преступлении, за которое несут ответственность войска его страны, он узнал... из передачи английской радиостанции Би-Би-Си.
Свое сообщение "Наша страна" подкрепляет информацией военного корреспондента газеты "Джерузалем пост" о том, что уже утром 16 сентября командующему подразделениями ЦАХАЛа в Бейруте официально доложили об убийстве "первых 300 гражданских лиц".
Почти все израильские газеты вынуждены были сообщить: "Шарон признал, что солдаты ЦАХАЛа по приказанию начальства запускали осветительные ракеты над территорией лагерей беженцев" - ведь задуманное Бегином и Шароном кошмарное преступление в Сабре и Шатиле фалангисты совершали в ночное время.
Четыре с лишним месяца потребовалось пресловутой комиссии по расследованию для того, чтобы передать свой доклад... тому самому правительству, чьи античеловечные действия она расследовала. Гора родила мышь. Этого следовало ожидать, учитывая царивший в Израиле фюрерский диктат Бегина и безоговорочную поддержку его режима Вашингтоном. Установив неоспоримые факты, подтверждающие вину израильских руководителей в кровавых злодеяниях, комиссия в своем докладе говорит об их "косвенной" ответственности. Разве можно согласиться с вегетарианской оценкой роли премьера в зверском убийстве палестинских жителей Сабры и Шатилы: Бегин, мол, не обратил внимания на то, что, оказывается, заслуживало его внимания. И ему, выражаясь языком приказов, поставили на вид. Однако даже связанная по рукам и по ногам комиссия отважилась признать вину Шарона в геноциде и потребовала его отставки. Что ж, если "своя" комиссия пришла к такому выводу, то можно не сомневаться, что вполне объективное расследование привело бы Шарона на скамью подсудимых. Вот почему мировое общественное мнение встретило итоги расследования с возмущением, понимая, что комиссия, выгораживая премьер-террориста, пожертвовала министром смерти. Пожертвовала Шароном и бегиновская клика - ему пришлось подать в отставку.
