— Ты, Леонела, практически член нашей семьи. Так вот, наша семья на краю пропасти. Ты должна знать: Кандида ждет ребенка от Роблеса.
Тяжелая пауза, воцарившаяся за столом после этого сообщения, длилась так долго, что Рикардо обрадовался, когда его снова попросили к телефону. На этот раз звонила Сорайда.
— Простите, что беспокою, — сказала она. — Это Сорайда, хозяйка таверны «Твой реванш». Дело в том, что Роза Гарсиа в катастрофу попала. Вела грузовик и врезалась. Я решила, что, может, вам это интересно — Роза-то Гарсиа ваша жена…
— Как врезалась?.. — ошеломленно переспросил Рикардо. — Она же не умеет водить!
— Потому и врезалась, — сказала Сорайда.
Она объяснила, где находятся и как себя чувствуют Роза и Томаса, и повесила трубку.
— Что там произошло с дикаркой? — спросила Леонела, с середины разговора подошедшая к Рикардо и прислушивавшаяся к тому, что он говорил.
— Врезалась на грузовике в другую машину… Леонела засмеялась.
— Эта неумеха — за рулем грузовика?
Рикардо, не обращая внимания на ее слова, обратился к Рохелио:
— Пожалуйста, проведай их. Если я появлюсь, Роза меня выгонит.
— Да и кто она тебе, чтобы ты туда мчался, — вступила Леонела.
— Кто? Воспоминание… Прекрасное воспоминание, — сказал Рикардо.
— И ты говоришь это после всего, что она с тобой проделала?
— Мы ее тоже порядком помучили. Кстати, в последний раз она вела себя как настоящая сеньора. Да и какая сеньора проявила бы такое благородство, отказавшись от компенсации за развод?
— Думаю, это какая-то каверза. Тем не менее, Рохелио, не забудь передать дикарке мой горячий привет, — насмешливо попросила Леонела.
Рикардо посмотрел на нее осуждающе.
Когда Эдувигес сообщила Пабло, что ему звонит сеньорита Норма, он отправился к телефону с таким скучным видом, что Паулетта тяжело вздохнула.
Роке, который впервые после своей болезни сидел за завтраком вместе с сыном и женой, тоже обратил внимание на неудовольствие Пабло.
— Подумать только, звонит невеста, а он недоволен. Паулетта грустно посмотрела на мужа.
— Я думаю, Роке, он больше не любит Норму. По-моему, он все еще думает о той девушке, с которой познакомился на улице. Неужели это возможно: увидел мельком и потерял голову? Роке засмеялся:
— А я как в тебя влюбился? Паулетта тоже улыбнулась.
Пабло вернулся к столу, вид у него был еще более скучный.
— В дискотеку ей приспичило. Посреди недели… Почувствовала, что у меня в голосе нет радости по этому поводу — и сразу в истерику! Плохо, когда у женщины портится характер.
— Пабло! Как ты говоришь о своей невесте? А когда она будет женой?..
— Ну кто же, мама, женится на своей первой невесте? — то ли пошутил, то ли всерьез отозвался Пабло.
В госпитальной палате пахло цветами и апельсинами — их принесла Эрлинда, пришедшая навестить Розу и Томасу.
Роза, меланхолически сдирая золотистую кожицу с крупного плода, сетовала на то, что не знает, чем заняться после выхода из госпиталя: продавать жвачку и книги, шныряя между машинами, ей больше не хотелось.
— Да, ты уж, пожалуйста, подальше от автомобилей, — сказал вошедший в палату на ее последних словах Рохелио. Он уже почти не хромал.
Рохелио тоже принес цветы. Он спросил у Эрлинды, почему она больше не приходит.
— Не хотела вас беспокоить…
— Даже звонком?
Роза поспешила на помощь подруге:
— Да у вас трубку всегда снимает эта донья Ворона. Кому охота с ней каркать?
Эрлинда начала что-то плести об их неравном имущественном положении, исключающем дружбу. Рохелио живо возразил, приведя в подтверждение своей правоты свои с Розой отношения.
— А на чьем это грузовике ты совершила свой шоферский подвиг?
Роза объяснила.
— Этот Эрнесто что, твой жених?
— Да я лучше на скорпиона сяду, чем снова замуж выходить, — немедленно отозвалась Роза. — Эрнесто мне кореш. Он в газетах пишет.
Она помолчала.
— Ну, правду сказать, и он — мужчина. А все мужчины — cам знаешь…
Рохелио попросил Ликду звонить ему и откланялся. Роза вышла его проводить. Он предложил ей денег. Она решительно отказалась:
— Ты уж прости, не нужны мне деньги от Линаресов!
— Ты у нас самая бескорыстная… И самая забывчивая.
— Это почему?
— Ты даже не спросила, как поживает Рикардо.
— А кто он такой, Рикардо?.. Ты его защищаешь, потому что он — твой брат.
— Я защищаю его, потому что он страдает. Привет тебе от него.
— Пусть на ответный не рассчитывает. На глазах у нее появились слезы.
Выражение лица Рикардо испугало Кандиду. Он молча прошелся по ее комнате, зачем-то осмотрел стены, откинул штору с окна, потом вернул на прежнее место. Видно было, что он оттягивает какое-то неприятное сообщение.
Наконец он заговорил:
— Я только что из конторы лиценциата. Сегодня утром он улетел в Париж. И неизвестно, когда вернется.
Лицо Кандиды помимо ее воли вытянулось от удивления, и Рикардо снова стало жалко свою доверчивую сестру.
— Что ты удивляешься? Все проще простого: вернется Дульсина — надо будет с ней объясняться, а он трус. Твой Феде — большой негодяй!
— Но вчера он мне сказал, — начала было Кандида, но в это время в дверь постучали и вошла Леонела.
— Канди, я все знаю и хотела бы… Кандида гневно взглянула на брата:
