— Три часа назад старика буквально изрешетили пулями. Взорвали подвал на его ранчо, весь архив Пачеко сгорел… И как только узнали, сволочи?! Но ничего-ничего, все на дискетах, все у меня. А Эрнесто теперь будет жить и работать тут. Ничего они не добились, зря убили хорошего человека.
— Дядя Абелярдо! На этом они не остановятся, береги себя.
— Да уж приходится, хотя и противно. Как ты оцениваешь ход операции?
— Хорошо начали, да плохо продолжаем. Топчемся на месте и теряем очки.
— Да уж… Но предложи что-нибудь новенькое.
— За этим и приехал.
Они молча выпили за помин души старого журналиста, а потом лейтенант стал рассказывать о событиях сегодняшнего дня. Дядя зачем-то даже включил диктофон, буркнув, что может понадобиться. Когда Фабила-племянник закончил свой рассказ, Фабила-дядя необычайно оживился, всю усталость его как рукой сняло. Он скомандовал почти весело: «Выкладывай на стол карту и все остальное!» Минут пять рассматривал содержимое внутренних карманов кителя Рамона, а потом сказал:
— Зажигалку я забираю. Ваши криминалисты, конечно, хороши, но… Есть эксперты не хуже.
— Дядя Абелярдо, я думаю, что стоит поискать такую же штучку в кабинете Негрете. Ты скажи Порфирио Присто, что…
— Вот как раз Порфирио я ничего говорить не буду и тебе запрещаю говорить что-либо любому своему начальнику и подчиненному. А зажигалку, ты прав, поискать надо. И зажигалку, и того, кто ее принес. Но это уже не твоя забота, Рамон.
— Ты хочешь отстранить меня от операции? Поберечь племянника, когда запахло жареным?
— Не кипятись, дурачок! Да, племянник у меня один, но он тоже Фабила, а значит, не трус. Я хочу поручить тебе самое главное: проникнуть в эту лабораторию и найти доказательства. Если мы нс ошибаемся в своих предположениях о том, что Франческотти-центр существует и делает такие зажигалки, то одно это перетянет все досье целиком и заставит нечистых людишек наверху отречься от своего мафиозного друга.
— Как же я туда проникну, дядя Абелярдо? У меня и людей совсем мало.
— Бери лишь тех, в ком абсолютно уверен, кто не растеряется в любых обстоятельствах!
— Тогда уж и трех пальцев хватит! Прикажешь такими силами штурмовать укрепленную крепость? Да и на чем мы туда доберемся? На моей машине?
— Невоспитанный мальчишка! Сначала дослушай старших, а потом иронизируй, сколько влезет. Ты получишь два боевых вертолета с десантниками. Больше, извини, не смогу. Всегда жалел, что ты еще не женат, но сейчас это очень кстати. Не заезжая домой, ты проследуешь под охраной в одну воинскую часть недалеко от Мехико. Тебя встретит мой друг полковник — Клементо Вильи, я ему позвоню, он будет в курсе. Отдашь ему карту, схему и записи, ответишь на все вопросы. Подробности операции будете разрабатывать вместе. Ты доволен?
— Да, дядя Абелярдо! Но…
— Никаких «но», Рамон! Смело вперед, мой мальчик!
— Но кто отдаст приказ, дядя? Без приказа свыше все это незаконно. Ты уверен, что эта неповоротливая лиса, Порфирио Присто…
— К черту Присто! Законность я беру на себя, Рамон.
— Как это, дядя?
— Вот упрямец! Ну хорошо, скажу тебе то, о чем говорить не должен: завтра у меня состоится конфиденциальная встреча с президентом. Надеюсь, этого тебе достаточно?
— Так бы сразу и говорил.
— Ты только посмотри на него, Эрнесто! И это мой племянник! Можно подумать, что он чиновник, а не офицер полиции… Но шутки в сторону, ребята Рамон, я на тебя очень надеюсь. Успеха тебе, родной. Давай обнимемся на прощанье. Перед отлетом позвони обязательно. И вообще давай о себе знать…
Через тридцать минут лейтенант Фабила уже выехал из Мехико и мчался по пустынному шоссе строго на восток. За ним следовала машина с двумя автоматчиками. Ожидание большого дела, предвкушение борьбы, жажда победы захлестнули душу Рамона. Но и это мгновение не вытеснило из его сознания два дорогих женских имени.
Паула и Роза. Кто скажет ему, где они сейчас?
Все происходило быстро, очень быстро. Армандо позвонил и сказал, что он разыскал Рикардо и счастлив будет лично доставить ее к нему. Роза хотела было возразить против такой услуги, но не стала, боясь обидеть своего верного поклонника и друга. Армандо столько уже для нее сделал и делает сейчас, что было бы верхом неблагодарности отказать ему в любезности. К тому же Рикардо будет полезно увидеть ее рядом с таким блестящим мужчиной. Ио может ли она ехать с ним одна? Нет. Не то чтобы Роза чего-то опасалась, но просто это выглядело бы не слишком прилично. Пока она раздумывала, как лучше ему об J этом сказать, Армандо сам предложил ей взять с собой служанку. Паула согласилась незамедлительно, сказав, что это ее обязанность — следовать за Розой повсюду. Но очень огорчилась, когда не сумела связаться с Фабилой и доложить ему об их отъезде. И еще сердилась на Розу за то, что она, разговаривая с поклонником, так и не узнала, куда именно они направляются.
