— Хорошо. Даю вашему лейтенанту Фабиле час на все, и пусть никаких протоколов, абсолютно частный визит…
Высокий красавец, жгучий брюнет лет двадцати пяти, Фабила появился в доме Линаресов через пятнадцать минут после звонка Эрнесто и сразу же приступил к осмотру дома и беседе с прислугой. Очень быстро он выяснил, что служанка Селия не все время находилась в комнате Кандиды. В слезах девушка призналась, что выходила на пять минут позвонить своему жениху.
— Надо было на это время, сеньорита, посадить в комнату кого-нибудь другого, — укоризненно сказал ей Фабила.
— Вы предполагаете, лейтенант, что кто-то мог проникнуть к Кандиде во время отсутствия Селии?
Но зачем? И ведь никаких следов насилия у сестры незаметно, — стал снова раздражаться Рикардо.
— Я пока ничего не предполагаю, сеньор Линарес, — спокойно ответил Фабила. — Я лишь устанавливаю картину. Тем более что я еще не видел вашей сестры. После осмотра дома я немедленно отправлюсь в госпиталь.
Осмотр ничего существенного не дал, но лейтенанта явно заинтересовали слова, которые Роза расслышала из уст теряющей сознание Кандиды. Заинтересовала его и волна настройки приемника. Тут же Фабила установил, что, перед тем как впасть в прострацию, Кандида слушала «Радио-1000».
— Ну и что? — язвительно спросил Рикардо.
— Может быть, и ничего, сеньор Линарес, — остался невозмутимым лейтенант, — но в этот час обычно» Радио-1000» передает сообщения о происшествиях и несчастных случаях. Сегодня же я выясню: говорили ли о смерти женщин, связанных с лиценциатом Роблесом.
— Брат! — включился в разговор Рохелио. — Я думаю, что это бы все и объяснило. Ты помнишь, как болезненно семь лет назад реагировала Кандида на все, что было связано с Роблесом и его личной жизнью. Она услышала о смерти этих женщин, вообразила себе неизвестно что и получила шок.
Зазвонил телефон. Трубку сняла Роза:
— Да, дом Линаресов. Да, сеньор Рохелио Линарес находится здесь. Пожалуйста, сейчас он будет с вами говорить.
— Рохелио Линарес слушает. О, вы меня и здесь нашли, детектив Кастро! Что-о? Да как же это? Я немедленно выезжаю…
Рохелио побледнел и так и застыл посреди гостиной, продолжая сжимать в кулаке телефонную трубку.
— Эрлинда, — произнес он наконец. С ней несчастье, отравление газом. Извините, я должен спешить.
— Я с тобой, — решительно сказала Роза, — я сама тебя довезу, что-то мне не нравится твой вид…
Друг за другом вылетели из ворот дома Линаресов «ягуар» Розы, «мерседес» Рикардо и потрепанная «тойота» лейтенанта Фабилы с Эрнесто Рохасом на месте пассажира. Полицейский принял решение сначала встретиться с детективом Кастро, а лишь потом поехать в госпиталь.
Бенито Элиас Кастро не слишком любил свою прошлую работу в полиции, хотя дело свое делал всегда добросовестно и был на хорошем счету у начальства. Ему не хватало в полиции свободы действий, а главное, свободы мыслей. По поводу почти каждого преступления, в расследовании которого принимал участие и он, у Кастро появлялись свои соображения, но ими мало кто интересовался даже тогда, когда в конце концов выяснялось, что прав-то был именно он, сержант Кастро. И получалось, что чем дольше он служил, тем больше был в конфликте — и не столько с начальством, сколько с самим собой. «Чего же я хочу? — спросил он однажды себя и тут же ответил: — Заниматься тем же самым, но в одиночку, никому не подчиняясь и делая лишь то, что считаю нужным». Было немного жаль десяти лет в полицейском районном управлении в колонии Рома, но лицензия частного детектива была куда как заманчивей для человека его склада характера — самостоятельного и волевого.
Но каково же было разочарование Бенито Элиаса Кастро, когда он на самом себе испытал не столько увлекательность, сколько рутинность и прозаичность обычных занятий частного детектива.
Как правило, его нанимали для слежки: муж хотел знать, что поделывает жена в его отсутствие, жена хотела иметь доказательства неверности супруга, любовница подозревала, что она не одна у своего пылкого кавалера, бизнесмен хотел убедиться, что партнер, не надувает его, и все такое прочее. Иногда дело было интересным по своим деталям, по техническим трудностям, которые приходилось преодолевать, но в общем и целом Кастро занимался подобной работой лишь по финансовой необходимости. Житейская грязь претила ему, и, когда средства позволяли, детектив избегал такого рода поручений, предпочитая ничего не делать, чем участвовать в разрушении семей, впрочем, и без того уже фактически рухнувших.
Как ни странно, самые интересные и загадочные дела приходили к Бенито из полиции. Сначала прежние сослуживцы, а потом и офицеры других участков уголовной, полиции время от времени рекомендовали обратившимся к ним людям связаться с частным детективом Кастро. Это происходило не столько по старой дружбе, хотя и по дружбе тоже, сколько по необходимости предпринять хоть что-то тогда, когда у обратившегося в полицию не было, по сути, ни фактов, ни даже предположений, а только тревога и беспокойство.
