Она протянула девочке очищенную морковку. Софи поблагодарила и откусила.
— Ты могла бы мне помочь немножко, — сказала повариха и указала на нечищеную морковь в ведре с водой. — По вторникам принца всегда кормят морковной кашей.
— Он что, ест кашу?
— Говорят, ничего, кроме каши, не переносит.
Тут вернулась служанка с душицей. Софи хотела было спрятаться за печкой, но Мари удержала ее за рукав.
— Стой спокойно. Мы всё расскажем Веронике. — Она погладила девочку по головке. — Это Софи.
— Детям нельзя находиться в замке, — высокомерно заявила Вероника.
— В кухне можно, — возразила Мари. — Помощь нам не помешает, так ведь?
Вероника мрачно посмотрела на Софи и кивнула.
— Чтобы Софи могла спрятаться в случае чего, — продолжила повариха, — мы приспособим кладовку. А если ты не сможешь удержать свой язык за зубами, дорогуша, капитан Родерик узнает, кто недавно стащил серебряную ложку с королевского стола.
Служанка побледнела и принялась усердно нарезать душицу.
В кладовке Мари ловко передвинула несколько ящиков, так что за ними освободилось место.
— Если я подам тебе знак, спрячешься здесь, — сказала она. — Понятно?
Софи для пробы протиснулась между ящиками. «Уж лучше, чем в стоге сена», — подумала она и стала разглядывать полки со всяческими припасами. По меньшей мере половина кладовки была занята банками сливового варенья. «Это все наше», — чуть не проговорилась Софи, но вместо этого спросила:
— А король правда съедает все варенье один?
В это она никогда не верила.
— Да он просто с ума сходит по этому варенью. С корицей его ест. Много корицы сыплет. Взбитые сливки королева ему запретила. Иначе он давно бы уже лопнул. — Мари захихикала. — Говорят, он повсюду в замке наделал тайников с вареньем. Боится, что однажды оно кончится.
Они вышли из кладовки. Софи стала помогать, а Мари ее хвалила. Девочка то и дело что-нибудь спрашивала. Так она узнала, где спит принц, выяснила, как его охраняют, где стражники дежурят днем, а где ночью.
Трижды за утро Софи пришлось прятаться. Первые два раза — от людей безобидных, которые приносили разные продукты, а третьим, перед обедом, на кухню зашел Станислав за морковной кашей.
Софи очень хотелось его спросить, как дела у Яна, но, конечно, Станиславу нельзя было ее ни слышать, ни видеть. Он съел ложку каши и сказал:
— Еще недостаточно однородная.
— Ты каждый день так говоришь, — возразила Мари.
— Принц не должен почувствовать ни малейшего комочка, — настоял Станислав. — Протри-ка ее еще раз через сито.
— Как прикажете, — насмешливо сказала Мари.
— И не пересаливай. Лучше добавь еще немножко сливок. И чтоб не горячая была, как вчера. Принц чуть не обжег язык.
— Да чуть теплая она была. И того холоднее. Принц ведь уже не младенец.
— Мы выполняем приказы. Ну хоть не приходится больше кормить его с ложечки. Уже хорошо.
Станислав ушел на негнущихся ногах, с несчастным видом.
Софи вышла из кладовки:
— А для чего же принцу зубы?
— Погоди, — ответила Мари, — он еще научится кусать.
Пока Софи пряталась, ей кое-что пришло в голову. Она незаметно сунула в карман большой лавровый лист. Потом попросилась в уборную, и Вероника проводила ее. Софи заперла дверь, положила лаврушку на пол и концом своего складного ножика стала корябать на ней послание. Нелегко ей пришлось — нужно было давить аккуратно, не слишком слабо и не слишком сильно. Наконец надпись была готова: «ПРИХАДИ ПОСЛЕ ПОЛНОЧИ В КЛОДОВКУ Я ТИБЯ ЖДУ СОФИ». Серебряные черточки букв выделялись на серо-зеленой поверхности листа.
Вероника постучала в дверь:
— Эй ты, лентяйка! Мари спрашивает, не собираешься ли ты там заночевать.
Софи слила воду из ведра и вымыла руки под умывальником. Затем вернулась на кухню и продолжила чистить картошку — Вероника насыпала ей целую гору. Краем глаза она видела, как повариха выложила морковную кашу в серебряную тарелку на серебряном подносе. Когда обе кухарки отвернулись, Софи быстренько сунула листок с посланием глубоко в кашу. Мари ничего не заметила и накрыла тарелку стеклянной крышкой.
Через минуту снова пришел Станислав. Он поднял крышку с тарелки, однако на этот раз не стал пробовать, а только брезгливо понюхал кашу.
— А у нас что на обед? — спросил он.
— Щи, — ответила Мари и махнула поварешкой в сторону котла на огне.
— С мясом?
— Мясо по счету. Каждому по кусочку.
Станислав со вздохом взял поднос и вышел. Но тут же зашли двое других слуг за своими порциями щей. Когда ушли и они, Софи вышла из укрытия.
— Вот что, малышка Софи, — сказала повариха, — у нас ты можешь пробыть до вечера. А потом вернешься к своим в деревню, так ведь?
— Но мне хотелось бы остаться подольше.
— Нет, это слишком опасно. Если тебя здесь кто-нибудь застанет, солдаты Родерика выкинут из замка нас обеих. А то и еще что похуже сделают. Как только стемнеет, тебе придется уйти.
Софи бросила очередную очищенную картофелину в кастрюлю. До заката оставалось еще часов семь-восемь. За это время ей надо было решить, что делать дальше.
