Они стали разговаривать вполголоса, то серьезно, то шутя. Если где-то рядом открывалась дверь, если слышались шаги, голоса, лязг оружия, они умолкали. Но как только убеждались, что бояться нечего, продолжали беседу.
Иногда они осторожно потягивались и двигались, иногда прислушивались к Дубу. Там, где они сидели, зеленых листьев уже почти не осталось. Голые сучья походили на скелет. Теперь Дуб разговаривал с Яном не шелестом и шорохом, а слабым скрипом и потрескиванием, словно где-то вот-вот обломится сухая ветка. «Мне… мне скоро… скоро конец… — как будто слышалось Яну. — Не хватает света… воды… Воды всем листьям… корням…»
«Если бы я только мог тебе помочь», — думал Ян.
«Сломай стены из досок, стену из камня», — просил Дуб.
«Я слишком слаб для этого», — отвечал Ян.
— О чем ты думаешь? — спросила Софи. — У тебя такое озабоченное лицо.
— О нашем дереве. О том, что оно гибнет.
— Может, и не погибнет. Дубы крепкие, живучие. Хорошо, что нас он еще выдерживает. И ветки его нам пригодятся. Спасибо тебе, милый Дуб.
— Ветки?
Софи рассмеялась своим неподражаемым смехом.
— Не спрашивай ничего. Это будет сюрприз.
Яну только и оставалось, что замолчать, колеблясь между страхом и доверием.
Между тем солнце стояло уже над их головами, и голые ветки почти не давали тени.
— Жарко, — сказал Ян. — Пить хочется.
— Потерпи. Когда все уйдут из замка искать тебя, мы отсюда выберемся.
— Ты ошибаешься. Родерик хитрее, чем ты думаешь.
Ян оказался прав: перед тем как отправить армию и прислугу на поиски, капитан Родерик расставил солдат в пяти ключевых точках замка. Одного — во внутреннем дворе. Поэтому Ян и Софи внезапно услышали совсем близко голос часового:
— Так точно! Пароль «тигр». По неприятелю открывать огонь.
— Верно, — сказал Родерик. — Смена придет в шесть. Быть начеку!
— И что теперь? — спросил Ян совсем беззвучно.
Софи придвинулась к нему как можно ближе.
— Просто подождем, — прошептала она ему в ухо.
Ждать пришлось долго. Софи надеялась, что солдат устанет, сядет где-нибудь и прикорнет. Но тот как заведенный шагал туда-сюда и разговаривал сам с собой. Ровно в шесть его сменил другой солдат.
— Все спокойно? — спросил он.
— Да, спокойно. Не нашли его еще?
— Нет. Когда стемнеет, продолжим искать с огнем. Приказ короля.
— Чертов шалопай!
— Да уж. Говорят, еще один ребенок пропал. Девчонка из деревни. Подозревают, что есть связь.
— Связь? Я вот не вижу никакой связи. Родерик думает, что она принца похитила, что ли? — Солдат хохотнул. — Ладно, пойду доложусь.
— Бывай, дружище.
Новый часовой все время что-нибудь напевал или насвистывал, поэтому Ян и Софи могли перешептываться чуть громче.
— Теперь они и тебя ищут, — прошептал Ян.
Софи кивнула:
— Это нам на руку.
— То есть как?
— Мы заманим его в ловушку.
— Разве это не опасно? У него ружье.
— Все-таки придется рискнуть. Или ты хочешь здесь умереть от жажды?
Софи наконец рассказала ему на ухо свой план, и Ян нехотя кивнул.
Смеркалось. На небе показалась бледная луна. Все было почти так же, как вчера.
— Так-так, — вполголоса бормотал солдат во дворе. — Разведу-ка я костерок и запеку себе картошечки… Только где же дров взять? — Похоже, он задумался. — А, ну конечно, вон же, наверху, там сухих веток хоть отбавляй.
И вот он уже поднимается, насвистывая, по винтовой лестнице.
— Внимание, — прошептала Софи. — Это упрощает дело.
Она полезла наверх, и, когда солдат поднялся на смотровую площадку, Софи уже сидела на суку прямо под краем стенки.
Солдат перегнулся через стенку наломать веток, и тут Софи захныкала:
— Помогите мне, господин солдат, пожалуйста, помогите…
— Что за чертовщина?.. Да ведь это ребенок. Ты что там делаешь?
— Это я… Софи, пропавшая девочка.
— Как же ты туда попала?
— Этого мне говорить нельзя… Пожалуйста, помогите мне… Я боюсь упасть и разбиться насмерть.
— Сиди, как сидишь. Держись крепко и не шевелись. Я позову подмогу.
Солдат схватился за свисток.
— Нет, нет! — закричала Софи. — Так долго я не выдержу. Мне плохо, голова кружится. — Она стала раскачивать сук, на котором сидела, и протянула руку солдату. — Помоги мне… вытащи меня…
Солдат помедлил, но потом все-таки нагнулся к девочке и постарался схватить ее руку.
— Ближе, ближе, — хныкала она, незаметно отводя руку, и солдат тянулся к ней все дальше и дальше.
Вдруг Софи схватила его за руку выше кисти и со всей силы рванула вниз. Бедняга вскрикнул, потеряв опору, кувыркнулся через перила и полетел вниз, ломая сухие ветки. Мешком картошки он плюхнулся в кучу опавшей листвы глубиной по колено.
Софи уже прыгала с ветки на ветку вниз, мимо Яна.
— Ой, моя голова, голова моя! — причитал солдат. — Где же, черт побери, этот свисток?
Софи повисла на одной из нижних ветвей дуба и спрыгнула в листву.
Тогда Ян набрался храбрости и последовал ее примеру: прыгнул, зажмурившись, с четырех метров — и приземлился так мягко и легко, словно земля приподнялась ему навстречу.
Софи, похоже, боролась с оглушенным после падения солдатом. Ян сквозь море опавшей листвы поспешил к ней на помощь. Он видел только движущиеся тени.
— Держи его!
