Он мертв. Его убили. Пустой вселился в его тело, взял его под контроль, а затем его убила Рукия, спасая от ужасной участи быть чудовищем и заработав при этом страшную психологическую травму.
- Как это возможно? Это правда ты?
- Ну, - пожал он плечами, а затем запрыгнул на диван. - Это весьма запутанная история. Отчасти это действительно я, а вот от другой части... - он вздохнул. - Долго рассказывать.
- М-да, - я присел в кресло напротив него. - Я никуда не спешу.
- Ты ведь знаешь, как я погиб? - спросил он.
- Да, мне рассказывал Иссин, - киваю ему.
- Ну вот, после того как Рукия убила меня, часть моей души все же не отправилась в поток перерождения, - начал он, грустно посмотрев в потолок. - Часть меня навсегда осталась в том пустом, Метастазие. А затем Айзен скормил этого ублюдка Аарониеро. Так я и попал внутрь. А затем с годами моя душа начала становиться основой личности и разума гиллиана. Много лет я томился внутри, пока Айзен не сделал из меня арранкара. В этом теле мое сознание уже стало доминирующим, и вот я такой.
- М-да, - произнес я. - Нехило тебя жизнь покидала.
- А то, - усмехнулся он. - Представь, каково было мое удивление, когда я увидел капитана Айзена перед собой и узнал, что все это он сделал...
- И что ты думаешь обо всем этом?
- Сложно что-то сказать, - почесал он затылок. - Я благодарен, что хотя бы жив... Жить мне хочется.
- Хех, ты все такой же, - покачал я головой с улыбкой. - Ну что ж...
Косоку!
Мгновенно перемещаюсь, а затем моя нога влетает в рожу Каену!
От удара его отшвыривает в стену и впечатывает в камень!
- Аааагх! - закряхтел он, упав на пол и выплюнув кровь.
От удара его неслабо так оглушило, а учитывая мою скорость, он еще пару секунд будет пребывать в шоке и толком ориентироваться в пространстве не сможет.
- Каен-сан никогда бы не сказал такого, - мрачно произнес я. - Он очень любил свою жену, даже умер, пытаясь отомстить за нее, а потому он никогда бы не простил человека виноватого в ее гибели, - спокойно иду к с трудом поднимающемуся арранкару. - Он никогда бы не склонился перед тем, кто сломал его жизнь и не улыбался такому... - подхожу к нему. - К тому же... - присел напротив него, - неужели ты наивно полагал, что я не узнаю тебя, Пожиратель?
Он напрягся...
- Да, мы уже встречались. Около полувека назад. Ты та огромная туша щупалец и ртов, которая пыталась нас сожрать. Ты оказался слишком огромен, чтобы тебя было безопасно убивать в той пещере, а потому мы ушли, - фыркнул я, вспоминая ту тошнотворную мерзость. - Но твою реацу я отлично запомнил, а потому твой омерзительный гниющий аромат вызывает у меня только раздражение...
- Кх... - закряхтел он.
- Принимай свой настоящий облик, Новено Эспада, - приказал я. - И не смей более показываться мне с таким лицом...
- Прошу... прощения... - вновь прозвучал искаженный, двойной, скрипучий голос. - Зеро Эспада...
Его лицо начало плавиться и стекать, заменяясь огромной стеклянной колбой с красной жидкостью, в которой плавали две маленькие головы, чем-то похожие на черепа, на которых были нарисованы цифры '9'.
- Так-то лучше, - сказал я. - Знай свое место...
С этими словами я двинулся к выходу.
- Если тронешь моих друзей хоть пальцем, - сказал я, уходя, - даже приказ Айзена не остановит меня от твоего убийства...
Я покинул его вотчину и двинулся прочь, но с уже изрядно испорченным настроением.
Вот урод.
Пытался сыграть на моих чувствах, обмануть и втереться в доверие. Я сначала был обескуражен, увидев Каена, но быстро пришел в себя, а короткая беседа ясно дала понять, что он такое. Та самая вечно голодная мерзость, которую я когда-то встретил.
Пусть я не умею читать мысли, но ощутить намерения вполне себе способен. Годы в Хуэко Мундо и то предательство дали мне хороший урок, который я освоил как ничто другое. А потому я четко ощущал, что этот урод прямо во время нашего разговора желал сожрать меня. Такие чувства невозможно скрыть.
- Пфу! - сплюнул я. - Сволочь...
- Кхы... - услышал я рядом с собой.
Обернувшись, я встретился с... Лией...
Зеленоволосая девочка-подросток стояла у стены, а из ее глаз текли слезы... Она дрожала, обнимая свои плечи, и ее трясло.
- Лия... - подскочил я к ней. - Что с тобой?
- Прости... - прошептала она. - Я... хотела помочь...
- Что?
- Думала... что это легко... - шептала она дрожащим голосом. - Я посмотрела... его мысли...
О, мрак. Мне одного ощущения хватило, чтобы понять, что он такое, а она в его голову залезла.
- Это... чудовище... - говорила Лия. - Осколки разума... Крупнее, чем обычно... у Гиллиана. Они вопят... Как они вопят! - она уцепилась мне за руку, - Полноценной личности... нет. Есть только голод. Голод... который ничто не сдерживает... ни морали... ни чувств... ни жалости... Он хочет сожрать нас... Обглодать кости... заставить страдать и мучаться... Нас с Котятами... Он любит мясо таких, как мы... Он совсем как... Нет, хуже чем они!
- Олимпийцы... - закончил я за нее мысль...
