— Денис хочет забрать тебя обратно в столицу, помочь с поступлением, с жильем, с работой, а твои, вроде как, рады, что тебе не придется здесь жить.
— Почему? — потрясенно выдохнула я в ответ. — Почему нельзя было обо всем мне рассказать с самого начала? Зачем врать и придумывать эту нелепую историю с таблетками.
— Очнись, Даша! — заорала девушка, — только благодаря тебе Денис выздоравливает, только из-за тебя перестал ходить, как зомби, которому на все и на всех наплевать! И знаешь что, — сделала крошка Мел паузу, — если ты все испортишь, я лично тебя придушу!
В трубке раздались быстрые гудки, что означало конец разговора. Я дошла до футбольного поля и села на мокрые трибуны, наплевав на собственную одежду и мелкий моросящий дождь.
Да, какая там собственная одежда? — пронеслась в голове горестная мысль.
Денис привез мне столько юбок, блузок и пиджаков, что до своих потрепанных джинсов я еще не скоро доберусь, если доберусь вообще. Может, мама предусмотрительно выкинула их на помойку, раз уж я теперь возвращаюсь в столицу под опекой известного модельера.
Было странно ощущать себя марионеткой в руках взрослых. Да, я еще ребенок, но ведь это не повод все решать за меня и ставить перед фактом. Ладно, Денис, ему я простила обман, заранее предполагая, что он на свой лад хотел, как лучше. Но мама-то?
Она ведь плакала, когда сажала меня на поезд и была несказанно счастлива моему возвращению. Что с тех пор изменилось?
— Черт, Даша, ты совсем рехнулась? — позвал меня Домовой, приближаясь с начала футбольного поля. — Почему ты сидишь под дождем…. И плачешь? — добавил парень совершенно растерянно.
Я только покачала головой в ответ. Страшно представить реакцию Домового на мое заявление:
Прости за то, что задурила тебе голову. Меня ни сегодня, так завтра отправят обратно в столицу, так что давай просто оставим все, как есть?
— Если думаешь, что мне наплевать на тебя, то глубоко ошибаешься, — прорычал Домовой, хватая меня за руки и прижимая к себе. — Я с ума схожу от мысли, что ты водишь дружбу с этим Воронцовым. Что у тебя с ним, Даша? Еще пару дней, и я умом тронусь, честное слово.
— У меня с ним ничего, — ответила я Домовому еле слышно, — а вот у него и моей мамы настоящий заговор.
Парень отодвинул меня на вытянутые руки и заглянул в глаза.
— Объяснишь?
— С чего вдруг столько внимания к моей персоне? — обозлилась я на весь мир и на Домового в том числе. То нос воротит бесконечные четыре дня, то проявляет заботу и напрашивается на откровенный разговор.
— Достали все! — вырываюсь я из руку Домового и иду в актовый зал.
Сейчас они узнают, какова бывает Белоснежка в гневе! Пусть только попробуют потом сказать, что я плохо играю!
Никогда не чувствовала себя такой опустошенной. Вроде бы хожу в школу, встречаюсь с друзьями, посещаю дополнительные занятия, преуспеваю на репетиции спектакля и даже успешно притворяюсь перед Денисом, что благодарна ему за помощь и финансовое обеспечение. Но на самом деле это только механически заученные движения и импульс, что-то вроде процесса без души и сплошное лицемерие.
Я знаю, что со стороны моя жизнь выглядит сказочно прекрасной: номер-люкс в гостинице, оплаченный Воронцовым до нового года, где я проживаю совершенно одна, абонемент в дорогой фитнесс-центр, в котором меня рады видеть и днем и ночью, целый гардероб дизайнерских шмоток.
Правда, никто не подозревает, что мама попросила свою шестнадцатилетнюю дочку временно пожить отдельно, потому что встретила мужчину, который помог ей восстановить уверенность в себе. Теперь они строят свою совместную жизнь в старом деревянном доме, и мне там нет места.
Ни одна душа, кроме крошки Мел, не представляет, с каким тяжелым сердцем я дала обещание переехать обратно в столицу сразу после новогодних праздников, потому что за меня так решили мама, бабушка и Денис. Отказывать последнему я просто не имела права, слишком многое стояло на кону, в том числе здоровье и физическое благополучие блондина. Тем более быть задушенной Мел совершенно не хотелось.
А еще отношения с Домовым зашли в тупик, и его равнодушие не просто больно ранило, а растоптало мою веру в какие-либо светлые чувства.
