– Вот видишь, – сказала Марина. – Есть шанс самую чуточку воспользоваться их гостеприимством, чтобы добраться до близлежащего городка. Да и телефончик у меня с собой, – добавила она, чтобы приободрить спутника, которому ни к чему знать, что никуда она пока звонить не собирается.
Капитан шагал рядом, не отставая, но лицо у него было унылое. Перехватив ее взгляд, он сказал, морщась:
– О плантаторах рассказывают много неприглядного...
– Ага, – сказала Марина, – ты и им туземочек поставлял? Ну?
– Не я. Другие. Мало ли что...
– Тьфу ты, как ты меня напугал, – фыркнула Марина. – Постой-постой... Ты, никак, имеешь в виду, что кто-нибудь из них, доведись встретиться, вознамерится меня разложить?
– Хотя бы.
– Тьфу ты, – повторила она весело, – а я-то решила, что они нас зажарят на костре и с подливой слопают... Если только в этом загвоздка... Я девушка прагматичная, любезный капитан. Если дело того требует, и ножки раздвинуть могу со всем усердием, коли уж не будет другого выхода. За свою-то задницу не боишься?
– Нет.
– Ну вот и прекрасно. Значит, и за меня не переживай. Как-нибудь перебедуем...
...Примерно минут через двадцать (они все это время двигались скорым шагом вдоль реки, метрах в пятидесяти от берега) они увидели сквозь деревья большую равнину, сплошь покрытую какими-то зелеными комьями.
– Капуста, – облегченно вздохнул Каразин.
– Точно! – сказала Марина, присвистнув. – Самая натуральная. Я и забыла, как она в натуре выглядит...
Поле уходило до горизонта, а вдали виднелась белая полоса, вроде бы проходившая на такой же березняк. Сверившись с картой, Марина убедилась, что не ошиблась. Ага, вот он, виднеющийся вдали лесок, четко обозначен. Если пройти полем правее, будет дорога, по ней попадешь прямехонько в березняк... Нужно поторопиться, чтобы вертолет не застиг в чистом поле – сверху перещелкают в два счета...
– Пошли! – подтолкнула она. – Бегом!
Они бежали недолго – чертовы кочаны росли густо, о них можно было в два счета споткнуться. Совершенно неподходящая для бега местность... Перешли на быстрый шаг, переступая через кочаны. Это было даже изнурительнее, чем пробираться по колено в непролазной грязи...
– Стой!
Марина остановилась, взглянула в ту сторону, пожала плечами и сказала спокойно:
– Ну и что? Это, с первого взгляда ясно, никак не твои грозные плантаторы, а совсем наоборот...
Спиной к ним стояли люди – человек сорок, дочерна загорелые, совершенно голые, если не считать обмотанных вокруг бедер тряпок. Согнувшись в три погибели, они проворно отгибали верхний слой капустных листьев, бегло осматривали неизвестно зачем, переходили к другому ряду.
– Эй! – окликнула Марина ближайшего.
Он обернулся – худая, какая-то н е з д е ш н я я физиономия, кажется с первого взгляда, что мяса на нем нет вовсе, а есть лишь натянутая на череп кожа. Рассмотреть выражение этого диковинного лица она не успела – человек, взмахнув руками, бухнулся на колени, уперся ладонями в землю, уткнулся в ладони лицом и затих. Точно так же, словно получив неслышимый сигнал, повлеклись остальные.
Постояв над ближайшим в некоторой растерянности, Марина прикрикнула:
– Встать!
Он и не шелохнулся.
– Бесполезно, – сказал Каразин с кривой улыбочкой. – Они наверняка и по-русски-то не понимают. Кто бы их учил? Их издалека завозят, из тех мест, где такие вот образованием не обременены вовсе...
– Понятно, – сказала Марина. – Каракумское ханство в миниатюре. Слышала краем уха... Ладно, пошли. От них, сразу видно, толку не добьешься...
Обогнув коленопреклоненного без тени эмоций, она двинулась дальше. Каразин, чертыхаясь, запинаясь о тугие кочаны, поспешал следом. Отдуваясь, сказал:
– Вот уж никак не думал, что ты будешь меня спасать... – и усмехнулся не без самодовольства. – Впрочем, тебе же нужен классный свидетель, а лучше меня не сыскать...
– Ну, разумеется, – рассеянно сказала Марина.
Не стоило его расхолаживать и посвящать в истинное положение дел. Пусть и дальше пребывает в приятном неведении. На самом-то деле в качестве свидетеля он ей был нужен примерно так же, как собаке пятая нога. Просто-напросто...
Она и в самом деле была девушкой прагматичной и чертовски хозяйственной. Шляться в одиночку по таким вот местам – хуже некуда. Нужен спутник, которого к тому же нисколечко не жалко. Мало ли какие ситуации могут возникнуть. И потом...
Она отшатнулась за ближайшее дерево. Быстренько выпростала рубашку из джинсов, чтобы она надежно прикрыла заткнутый за широкий ремень арсенал. Подхватила выпавшие из-за пазухи карты. Сказала тихонько:
– Ну вот и нарвались...
Большая черная собака, стоявшая вольно, без поводка, все так же внимательно и недружелюбно таращилась на них – чересчур ухоженная и гладкая для дикой. Вон и ошейник из желтой кожи, весь в шипах.
