Являясь наименее романтичным живым существом, Трей даже не задумывался над таким вопросом до этого момента. Он никогда не гадал, хочет ли Тарин чего-то в таком роде – а она хотела. И не хотела. Большего он почувствовать не мог, поэтому не был уверен, что скрывается за её нерешительностью, но они обязательно это обсудят наедине. Трей просто пожал плечами.
– Если Тарин захочет церемонию, мы её проведём. Если нет, значит нет.
Ник неодобрительно прицокнул.
– Нельзя всё время позволять своей паре поступать по-своему.
– Ещё как можно, – заявила Тарин.
Грета фыркнула, услышав Тарин.
– В моё время парам не разрешалось жить вместе, пока не пройдёт брачная церемония.
– В твои дни парень по имени Ной строил ковчег.
– И у них было больше самообладания, они не прелюбодействовали двадцать три часа в сутки, – Грета даже слово "прелюбодействовать" произнесла неотчётливо, наверно считая, будто само его упоминание аморально, и из-за этого она отправиться прямиком в ад.
– В сексе нет ничего развратного. Конечно, с применением некой доли фантазии, нескольких игрушек и огромным количеством грязных словечек, ты можешь это изменить.
Трей, увидев испуганный взгляд на лице своей бабушки, засмеялся в волосы Тарин. Боже, как ему нравилась дерзость его пары. Грета выжидательно смотрела на него, очевидно желая, чтобы Трей отругал Тарин за разговор с ней о – Господи прости – "интимных отношениях".
Хотя оборотни легко относятся к сексу, Грета всегда была, по словам его пары, ханжой. Очевидно, настоящая причина, по которой она ругала Тарин заключалась в том, что Грета получила от этого удовольствие, и вот почему Трей никогда не вступался за свою бабушку. Ну, ещё и потому, что ему слишком нравилось заниматься сексом с Тарин, чтобы рисковать возможностью её разозлить.
– Ты не должна использовать это слово перед своим дядей, – отчитала её Грета.
Тарин изобразила дурочку.
– Какое? А, ты имеешь в виду слово секс? Ну, предполагаю, есть и другие термины для этого. Трею нравиться называть это "Погребением Епископа", но я предпочитаю "Прятки Педро"
– Хватит, хватит, хватит, – настаивала Грета, но её едва слышали сквозь смех, разразившийся за столом.
– Простите, мой нимб на секунду соскользнул.
Казалось, после этого разговор полился легче. Но, не смотря на непринужденность обстановки, Трею всё ещё приходилось старательно сосредотачиваться на подавлении волка.
Хотя Дон и принес извинения, волку было наплевать. Кроме того, Трей не был доволен покорным поведением Дона. Волк не хотел его подчинения, он хотел, чтобы ему бросили вызов, и Трей мог напасть и разорвать Дону глотку.
Возможно он не был бы столь опекающим и вспыльчивым, если бы не вчерашнее нападение на Тарин, а, возможно, он всегда будет таким, когда дело касается его пары.
Ощущая, что волк Трея все еще не успокоился, Тарин глубже зарылась в объятья Трея и начала нежно ласкать его грудь, царапая ногтями через футболку. Довольное рычание вырвалось из груди Трея, и он теснее прижал её к себе.
Так они просидели следующие несколько часов, общаясь и смеясь со всеми. Дон и Тарин даже предались воспоминаниям, рассказывая о маме и делясь историями, которые отлично продемонстрировали, насколько рассеянной женщиной та фактически была. Даже Грета смеялась.
И потому что атмосфера была веселой и непринужденной, Тарин сразу же почувствовала изменение, когда оно произошло.
– Что случилось? – спросила она Трея. Он разговаривал с Кирком по телефону, тот сейчас нес смену в карауле.
– Что? – рявкнул Трей в трубку. – Я сейчас буду.
Закрыв телефон, он выпрямился, затем посадил Тарин на свой стул.
– Оставайся здесь.
– Что? Почему?
– Детка, просто подожди меня здесь.
Он не сказал "пожалуйста", но Тарин услышала это в его тоне. Если он настолько переживал из-за возникшей ситуации, что просил ее вместо того, чтобы кричать, ничего хорошего не жди. Она кивнула, Трей быстро поцеловал её, а затем исчез в лесу. Данте и охрана последовали за ним.
– Что происходит? – спросила Грета.
– Понятия не имею.
Инстинкт Альфы Ника пробудился, и мужчина выпрямился на стуле.
– Дон, Дерен и я можем пойти посмотреть, если…
– Нет, когда волк Трея приходит в состоянии повышенной готовности, то расценивает любого, не из своей стаи, как нежданного посетителя – он просто примет ваше поведение за вмешательство.
Грета вздохнула.
– Мы просто останемся сидеть, когда очевидно, что там случилась какая-то неприятность?
– Я этого не говорила, – Тарин поднялась и указала остальным. – Оставайтесь здесь.
Конечно, они этого не сделали, а она находилась не в той позиции, чтобы поучать их.
Последовав по маршруту Трея, Тарин протащилась по лесу к главным воротам.
Когда она вышла из-за деревьев рядом с домиком безопасности, две вещи заставили её остановиться. Первая: примерно с десяток человек – все волки-оборотни, как подсказало ей обоняние, стояли у ворот.
Второе: хотя ворота и были открыты, позволяя пройти сквозь них, Трей и парни встали защитной стеной перед домиком – предупреждая, что дальше двигаться не стоит.
