Корри не обратила на нее внимания.
– Ли Хуа, ты ведь должна была поехать в Дайю и сесть на пароход!
– Как видишь, я этого не сделала.
Тут в их разговор снова вмешался визгливый голос клиентки:
– Послушай, Цветущий персик или как тебя там. Ты должна сначала обслужить меня, а потом ее, иначе я не заплачу тебе ни цента. Слышишь ты, узкоглазая потаскуха? У меня нет времени сидеть здесь и ждать, пока вы будете чесать языками. Я работала всю ночь и хочу спать.
Ли Хуа нагнулась, чтобы поднять гребень и быстро, из-под ресниц, взглянула на Корри.
– Хорошо, хорошо, мисс. Выбирайте ожерелье.
– Я возьму это. Нет, лучше вот это.
Корри плотнее запахнулась в шерстяную шаль и пошла к выходу. Через мгновение она стояла на Франт-стрит в толчее прохожих, мальчишек-разносчиков и торговок свежеиспеченным хлебом. Но уйти у Корри не хватало духу. Ли Хуа так изменилась. У Корри было ощущение, что на долю девушки выпало много испытаний с тех пор, как они расстались.
Вскоре из дверей салона вышла недавняя клиентка Ли Хуа в широкополой шляпе, водруженной на пышную, усыпанную фальшивыми драгоценностями прическу. Она гордо проплыла мимо Корри, распространяя запах дешевого одеколона. Корри толкнула дверь и снова вошла внутрь.
– На твоей вывеске сказано, что ты гадаешь по руке. Погадай мне. Я хочу знать, что мне уготовано в будущем.
Корри запахнулась в шаль, чтобы меньше был виден живот. Ли Хуа поднялась со стула и пошла к печке, опираясь на палку и глухо стуча по полу гипсом. Она показалась Корри еще более маленькой и хрупкой, чем раньше. И очень уставшей.
– Я не хочу заглядывать в твое будущее, Корри. К тому же мы обе можем догадываться, как оно сложится. Насколько я могла заметить, ты ждешь ребенка, а обручального кольца на твоем пальце нет.
– Эвери скоро приедет! Он уже получил мое письмо, но задерживается, потому что у него много работы на приисках!
– Вот как?
Корри чувствовала, что ее переполняет ярость.
– Насколько я знаю, ты не хотела быть служанкой, Ли Хуа. Не так ли? А теперь ты делаешь прически этим… этим женщинам. По крайней мере, когда ты работала у нас, то имела дело с порядочными людьми. И что теперь? Прически для проституток! Что с тобой произошло, Ли Хуа?
Ли Хуа так резко опустилась на стул, что он заскрипел под ее тяжестью.
– Нам не о чем говорить. Пожалуйста, уходи. Я не хочу тебя видеть.
– Но ты гадаешь по ладони! Я хочу, чтобы ты погадала мне.
– Ну хорошо. – Ли Хуа вздохнула и мрачно добавила: – Так и быть, я погадаю тебе, а потом ты уйдешь. У меня совсем мало времени, нет отбоя от клиентов.
Корри протянула ей ладонь, и Ли Хуа взяла ее своими маленькими, прохладными пальцами. Корри чувствовала, как у девушки дрожат руки. Наступило молчание, наконец Ли Хуа тихо сказала:
– Корри, я понимаю в хиромантии не больше, чем ты.
– Но как же вывеска…
– Ну и что? Я доставляю им удовольствие: говорю, что линия жизни у них длинная, а посередине их ждет встреча с красивым и богатым мужчиной. Конечно, я не всем говорю одно и то же, а то они могут обменяться впечатлениями и раскрыть обман. Но все мои предсказания очень похожи.
– Милли, моя квартирная хозяйка, делает то же самое. С той лишь разницей, что ее клиенты – старатели. Она им пророчит горы золота.
Ли Хуа грустно улыбнулась.
– Люди обязательно должны верить во что-нибудь хорошее. Для всех них Доусон Сити – город надежд. Они думают, что именно здесь найдут удачу: море чистого золота или самого богатого в мире жениха. Кому что. Но никто из них не задумывается об одной вещи: за каждый самородок надо платить грязью. Либо ты вытаскиваешь из земли тонны глины, чтобы намыть несколько крупиц золота. Либо делаешь еще более отвратительные, мерзкие вещи.
– Ли Хуа, о чем ты говоришь?
Наступила пауза, после которой Ли Хуа заговорила тихим, безразличным голосом:
– Меня изнасиловали. Их было много. Я не помню, сколько. Сбилась со счета. Я была совершенно беспомощна со своей сломанной ногой и не могла убежать. К тому же они отняли мои костыли. Они втолкнули меня в палатку, а потом… – Ли Хуа на секунду замолчала. – Меня подобрал один мальчик. Его звали Мартин Джавенел. Хороший мальчик, сын банкира, из Сиэтла. Он решил, что путешествовать с собственной женщиной очень приятно и удобно. Он и привез меня сюда, через перевал и вверх по реке. Разумеется, я платила ему…
– Ли Хуа!
– Ничего не поделаешь. Я стала проституткой.
Ли Хуа подошла к аккуратно застланной постели и встала около нее, опираясь на палку.
– Марти очень помог мне, а я ничем больше не могла заплатить ему. И что из того? Да, я продавала себя. А теперь делаю прически проституткам, которые тоже продают себя. Я ничем не лучше их.
Корри не верила своим ушам.
– Но… что же стало с тем человеком, который привез тебя сюда? Где он?
