Захлопнув холодильник, внезапно отчётливо сказал, адресуясь отражению в дверце:
– Акции второй привилегированности.
Когда мне кто-то из коллег начинает рассказывать, что отдал нашей образцовой живодёрне всё – понимаете, всё! – а живодёрня… А она! В ответ!..
– Отдайте же пропуск на вахте! – печально говорю я, роняя монокль. – Всё для своей компании отдал герой чешского народа, слепой гений Ян Жижка. Он приказал, чтобы после смерти содранную с его тела кожу натянули на патриотические чешские барабаны. Вот что я называю «отдать почти всё!» Эдуард I, король Англии, приказал себя сварить, чтобы кости его королевские воодушевили англичан в бесполезной борьбе с шотландским сепаратизмом. Вот что называется «стратегическое планирование продвижения»! А вы нам за зарплату свою ещё и вредили. Не доводите до греха, сдайте степлер…
В китайских источниках династии Сун имеются упоминания о шести видах кукольных театров:
1. Чжан тоу куй лэй – куклы, управляемые палочками.
2. Сюань сы куй лэй – куклы, управляемые нитками.
3. Яо фа куй лэй – куклы, управляемые с помощью химических веществ.
4. Шуй куй лэй – куклы, управляемые жидкостью.
5. Жоу куй лэй – куклы из плоти.
6. Ин куй лэй – куклы-тени.
Сличил китайские варианты кукол со списком сотрудников. Подчеркнул фамилию Н-ва напротив «яо фа куй лэй».
Весь мир можно классифицировать китайской кукольной методикой, я считаю.
Обращаю внимание, что мои любимые куклы, ватные детские любимцы, в жопы которых по локоть вставлена опытная рука кукловода, – это жоу куй лэй, куклы из плоти. Таких по ТВ часто показывают.
Замена в китайских названиях в ряде случаев четкого «х» на корявое «к» произведена мной не из стыдливости, а в знак уважения к русским традициям перевода.
На самом-то деле, понятно, слово «куй» читать надо несколько иначе.
А ещё я придумал весёлую игру.
Суть игры: дверь в мой кабинет открывается с помощью кредитной карточки желающего меня увидеть.
Фокус игры в том, что денег на счету посетителя может как прибавиться, так и несколько убавиться.
Уверен, что мои коллеги поймут и полюбят эту по-своему замечательную игру. И мне будет значительно легче. Не нужно будет содержать при дверях недоброго помощника. Меня будет охранять жадность посетителей.
Набор для игры незамысловат. Устройство считывает данные с кредитки вошедшего, а я под столом пальцами ног набираю произвольную цифру с нажатием «Ввод». Сотрудники могут участвовать в тотализаторе, копить деньги, учиться думать самостоятельно.
Я ведь не рассчитываю на благодарность. Я её забираю самостоятельно и заранее. Так как-то удобнее.
Ведь, если вдуматься, благодарность – это сформулирование ожидания дальнейшей помощи. Когда вам делают «спасибо» – это ведь не за ваше благодеяние в прошлом, это аванс за будущие благодеяния. Как я люблю говорить: «Деньги я у вас забираю в счёт нашей будущей дружбы!»
А аванс надо строго отделять от остального. В любых жизненных ситуациях.
Специфика моего управления честными и хорошими людьми заключается в том, что я не хочу их спасать, жалеть, понимать, крестить, убивать, наставлять и исповедовать.
Девиз моего правления прост. Поэтому, когда ко мне в кабинет заходят люди с лицом Жанны Бичевской, под ангельский напев, чтобы собороваться и поскорбеть, выходят они после общения со мной походкой Мика Джаггера.
Ритмично хлопая и широко расставляя ноги во клешах.
Я когда выхожу к людям, я несу людям пользу.
Я не люблю, когда мне задают вопросы сотрудники, которых я нанял, чтобы задавать вопросы им. Из уст сотрудников я могу понять вопрос: «А так нормально? Выше не поднимать?» или «А так вам хорошо?» А остальные вопросы меня настораживают.
Тут я делаю паузу, чтобы все бизнес-консультанты мира, наловленные судьбой по филологическим факультетам провинциальных педвузов, смогли написать мне комментарий про бизнес.
Я и сам вопросы задавать не люблю. Потому как увлекаюсь. И меня надо потом оттаскивать под вой сирен съехавшихся полицейских, которые поддались чарам моего темперамента и уже дерутся с пожарными, топча обожженных медиков.
Поэтому благодеяния я обычно совершаю молча. Ну, может, две-три камеры вокруг и распевный хор подхалимов позади.
Сегодня, например, я обеспечил повышение гонораров уличным музыкантам.
Гуляю по городу, смотрю – стоят. И играют. В футляре какие-то денежки валяются. И видно, что народу такая музыка нравится, когда снег, скрипки и аккордеон.
Бросил и я денежку. А потом ухватил себя за руку. Отчего так мало дал?!
Задумался.
Потом притащил доску (20 евро) и мелки (0,98 евро). Цены даны в пересчёте. И написал им на доске крупно: «Программа концерта», а потом, насколько место позволило, расписал по часам и минутам четыре музыкальных произведения. Ну, которые помнил.
Мне не поверят. Тут пауза для комментариев тех, кто не поверил. Но я спецом отстоял полчаса и увидел своими глазами, как резко изменилась манера и количество деньгоподачи в футляр.
