— Беда в том, что они лакированные… Вот!… Главный инженер снял крышку с коробки, и всем в глаза ударило ослепительное сияние чёрной, безукоризненно лакированной поверхности. Барбара тихо выдохнула.
— Ангидрид твою! — высказался Януш, вытаскивая один ботинок и рассматривая его поближе. — Проблесковый маяк, а не обувь!
— Так на свадьбе не будет ничего примечательнее твоих ног! — предупредил Влодек. — Ты во фраке идёшь?
— Он прав, — печально сказала Барбара. — Это лаковые туфли к фраку. В крайнем случае к смокингу, но обычный костюм отпадает.
— Если, конечно, ты намереваешься почаще ходить на балы, — вмешался ободряюще Лесь, — или дипломатические приёмы…
— Правильно, в таком случае пусть сошьёт себе фрак!
— Хватит смокинга. Пусть шьёт смокинг.
— Я же просил без глупостей! — с упрёком напомнил главный и решительным движением отобрал у Януша ботинок. — Мне тоже кажется, нет смысла так выставляться, но не идти же босиком!
— Хоть какие-то ботинки у тебя должны быть?
— Коричневые и бежевые. А костюм — чёрный.
— Хочешь сказать, у тебя никогда в жизни не было чёрных ботинок?
— Были у меня чёрные ботинки, были, — признался главный инженер, отбирая вторую лакированную туфлю у Леся и упаковывая обе в коробку. — До вчерашнего дня я не сомневался, что они у меня есть, но, увы, ошибся. На них вылилась белая масляная краска — и каюк. Кроме того, она вылилась пару месяцев назад, теперь засохла, как камень… Не о чем говорить. Да они своё отслужили, старые были.
— Но в этом тебе идти нельзя, — твёрдо изрёк Януш, ткнув в коробку на столе Каролека.
— Как же быть?
— В магазинах, конечно же, нет?
— Нет. Я ещё вчера пробежался по городу — ничего подходящего.
Весь коллектив, озабоченный и полный сочувствия, погрузился в размышления, пытаясь найти выход для главного инженера. Лесь заглянул в коробку и ещё раз пошевелил лакированные туфли, с наслаждением вызывая искры на их поверхности. Затем закрыл коробку и слегка отпихнул, словно отмахиваясь от искушения.
Каролек задумчиво играл банкой, вращая её на столе. Влодек сосредоточенно смотрел на ноги сослуживца.
— Ты какой размер носишь? — спросил он вдруг.
— Восемь с половиной.
— Ну, тогда выход один — одолжить обувку на такой случай. Собственные ты себе купишь, когда попадутся.
— Великолепная идея, — оценила Барбара.
— А у кого одолжить?
— У меня, — с достоинством сказал Влодек. — У меня размер тоже восемь с половиной.
Мрачный и огорчённый главный инженер сразу оживился:
— Ты не шутишь? Тебе правда не жалко? И найдутся такие, как надо?
— Даже две пары, выбирай, какую хочешь. Можем поехать сразу после работы, и ты сразу примеришь.
Весь коллектив зааплодировал такому финалу, а главный инженер просиял, как весеннее утро.
— Ты мне жизнь возвращаешь, Влодек! Со вчерашнего дня терзаюсь, как дурак, ничего в голову не идёт, только эти идиотские ботинки! Сами видите, до чего дошло — чуть не подсуропили мне эти… лакированные! Счастье, что к вам пришёл, сейчас же этому парню туфли верну!
Он схватил коробку со стола и выскочил из комнаты, едва не столкнувшись в дверях с главным архитектором.
Зав мастерской ещё с утра слышал, что коллектив срочно ищет кого-нибудь, кто едет в Соединённые Штаты. Он понятия не имел, кому и зачем это нужно, но неожиданно ему захотелось проявить свою знаменитую услужливость и склонность помогать ближним. Последние два часа он провёл на телефоне, обзванивая всех знакомых подряд, и добился успеха.
— Мне показалось, или вы действительно ищете оказию в Соединённые Штаты? — дружелюбно спросил он с порога. — Я сию секунду узнал — один мой знакомый едет в Канзас…
— В Канзас! — в восторге откликнулся Каролек и сорвался с места. — Но это же замечательно! Пахотные земли! Кто? Когда?!
Зав мастерской подтянул рукав рабочего халата и посмотрел на часы:
— Мой знакомый. По профессии врач-психиатр, фамилия его Филипповский, живёт тут рядышком — площадь Домбровского, шесть. Квартира восемь. Но он вот-вот летит, у него в два часа самолёт, через Париж. Боюсь, он с минуты на минуту уезжает на аэродром, сын его должен отвезти…
Взрыв бомбы не сумел бы произвести большего эффекта. Шеф ещё пытался что-то пояснять, но его никто не слушал. Каролек вырвал у Влодека металлическую продырявленную коробочку. Януш уронил под стол банку. Лесь бросился за банкой, оборвав в спешке приколотый под столом кусок ватмана, из которого высыпались рулоны чертежей. Барбара изо всех сил пыталась сохранять здравый рассудок:
— Беги со всеми причиндалами, как есть! Поедешь с ними на аэродром, в машине все это хозяйство переложишь! Сейчас нет времени, беги — не успеешь!
Каролек прекратил дёргать дрожащими руками крепко привинченную продырявленнную крышечку банки. Зажал банку под мышкой, сунул в карман плоскую коробочку, схватил со стола коробку из-под обуви и рванул из комнаты, оттолкнув стоящего на дороге главного архитектора. Мгновенье спустя хлопнули входные двери.
