– Кьярра сразу сказала, что в этом поезде есть чародей, – сказал я. – Теперь не знаю, что и подумать… Не заманивала же их моя сестра в чащу леса, чтобы научить дочь чуять колдовство? С нее бы сталось…
– Может быть, это ее муж пытался как-то повлиять на ситуацию и позвал специалиста… ну, хотя бы под видом обычного доктора? – предположила Альтабет. – Очевидно, он понимал, как важно начать обучение чародейки как можно раньше, но переубедить супругу не мог, поэтому привлек человека со стороны?
– Если так, не завидую этому несчастному… – пробормотал я. – Возможно, вы правы. Кто-то наверняка бывал в их доме, а почему молчал… Не хочу даже предполагать.
– Не будем об этом, – согласилась она и все-таки дотронулась до моего рукава. – Говорите, Кьярра почувствовала кого-то в поезде?
– Да, и вторую ночь не дает мне спать. Она уверена, что чародеи только и думают о том, как бы выкрасть ее и использовать… Для чего, она сама не знает. У нее страшный сумбур в голове.
– Немудрено… Потерять мать, лишиться привычного мира, очутиться среди незнакомых людей – это серьезное испытание для ребенка.
– Кьярра совершеннолетняя.
– Но по умственному развитию она даже не подросток, уж извините за прямоту, – сказала Альтабет. – Мне показалось, что ведет она себя, как избалованное дитя.
– Правда ваша… – мрачно выговорил я. – Вот и сейчас мне пришлось задобрить ее лакомствами, чтобы иметь возможность отлучиться, и то ненадолго. Не хочу знать, что случится, если ей вздумается прогуляться по коридору в одиночку!
Альтабет молча вертела в пальцах ложечку.
– Никак не получится убедить Кьярру, что чародеев здесь нет? – спросила она наконец.
– Разве только провести ее от головы поезда до хвоста и продемонстрировать каждого пассажира. Но это не сработает: вы же сами вчера сказали, что сопровождаете раненую чародейку, и Кьярра теперь думает, что та притворяется, а на самом деле спит и видит, как бы ее похитить.
– Право, я не знала, что все настолько серьезно…
– Разве я виню вас? – печально сказал я, начиная получать удовольствие от этого спектакля. – О! Госпожа Суорр, быть может, все-таки удалось бы заставить Кьярру позабыть об этих бреднях, но для этого потребуется ваша помощь. Я понимаю, что слишком многого прошу, но…
– Вы хотите показать ей мою подопечную? – правильно поняла мою мысль Альтабет. – Чтобы Кьярра убедилась – бедняжка совершенно беспомощна? Это можно устроить. И, думаю, не стоит ждать до вечера – к тому времени ваша девочка накрутит себя сильнее прежнего. Давайте поступим так: завтрак скоро закончится, пассажиры разойдутся по своим купе. Тогда и приходите. Заодно я отдам вам обещанные бумаги, хорошо? Я могла бы захватить их с собой, но не рассчитывала увидеть вас в вагоне-ресторане: вы ведь сказали, что неусыпно следите за племянницей.
– Я понял: еще немного, и я попросту рехнусь, если останусь с нею взаперти, поэтому пришлось рискнуть, – вздохнул я. – Благодарю вас, госпожа Суорр! Где вас искать?
Она назвала номер купе, и я поспешил откланяться, сославшись на то, что и так отсутствовал слишком долго, а оставлять Кьярру без присмотра опасно. Признаюсь, я действительно волновался: обещания обещаниями, но как знать, что может взбрести ей в голову?
– Теперь я знаю, что чувствую, – встретила меня Кьярра.
– И что же?
– Слов нет, – развела она руками и вдруг лукаво улыбнулась. – Пусть Бет предлагает разные. И объясняет, что они значат. А я буду думать, думать… подходит или нет? Это долго, потому что я не привыкла.
– Вообще-то ты довольно быстро соображаешь, – сделал я комплимент.
– Бет об этом не знает, – ответила Кьярра. – Я буду терпеть, раз надо. Ты долго не выдержишь.
– Это почему ты так решила? – не понял я.
– Потому что ты был с ней совсем недолго, а внутри у тебя…
– Что, опять клубок змей?
– Нет, – подумав, сказала она. – Хуже. Как колючие кусты. Знаешь, есть такие, сверху не видно, ветки лежат на земле, даже трава выше них. А наступишь – не выпутаешься. То есть человек не выпутается. Дракон не заметит.
– Как же, знаю такую растительность… – пробормотал я. – Доводилось влезать в детстве. Выглядел потом, будто со стаей диких кошек дрался.
– Ну вот, это оно и есть. Под травой не видно, но…
– Но на душе те самые кошки скребут, – согласился я. – Не люблю ни от кого зависеть. А еще мне не нравится, когда все идет настолько гладко. Альтабет эта так удачно подвернулась – все кажется не к добру…
– Разве это удачно? С ней же Тродда, а она наверняка нас узнает, – напомнила Кьярра.
– Так она в беспамятстве, забыла?
– А-а-а, верно… – Она шлепнула себя по лбу и опять погрузилась в размышления.
Я же подождал, пока стихли шаги пассажиров в коридоре, выглянул наружу, убедился, что никого кругом нет, только проводник маячит в дальнем конце вагона, и поманил Кьярру за собой.
– Мне не надо, – покачала она головой. – Ходили же недавно.
– Мы к Альтабет, – пояснил я. – Посмотреть на Тродду. Она разрешила прийти сейчас, чтобы до вечера ты не разволновалась еще сильнее. Понимаешь?
– Конечно. Я буду очень… как это?
– Нервной.
