Диалог о положении дел в стране продолжили в ресторане, куда заехали позавтракать. По словам Андрея, законы в России построены по принципам «кубика-рубика» – крути в любую сторону, был бы результат. Данила только сопел, как сыч, и помалкивал.
В пять часов они прибыли на точку и включили рацию.
– Вот что, Даня, поработай часочка два один. У тебя получится. Сенсаций сегодня не ожидается. Я отлучусь на некоторое время, а потом вернусь. Если тебя не будет, то подожду. Суть нашей работы тебе уже ясна, камерой владеешь лучше меня, действуй.
Возразить Данила не успел. Андрей вышел из машины и влился в поток прохожих.
Человека по имени Гурген знали в криминальном мире и те, кто с этим миром как-то связан, и те, кто верил слухам и сплетням. Этот человек принимал заказы на уничтожение неугодных лиц. С заказчиком он всегда встречался лично, но никто не видел его лица. Желающего воспользоваться услугами Гургена встречали в укромном месте. Человека сажали в машину без окон – цельнометаллический салон «Газели», и привозили за город. Заказчик попадал в комнату, где на него были направлены лампы, в центре стоял стул. Своего собеседника заказчик не видел, яркий свет слепил глаза. Разговаривал с ним мужчина с низким голосом и легким кавказским акцентом. Он задавал очень много вопросов о предполагаемой жертве, вникал в мельчайшие подробности и выслушивал пожелания – как, когда, где, потом назначал цену. Деньги, как правило, заказчики привозили с собой, а также фотографии, адреса и прочие материалы, связанные с жертвой или несколькими жертвами.
Находясь в такой обстановке, многие догадывались, что их снимают на камеру и записывают звук. Люди умные посылали посредников, если не боялись шантажа с их стороны. Гурген всегда выполнял заказ с учетом всех замечаний, после чего материалы уничтожались. На Гургена работали десятки киллеров, у каждого была своя специализация. Здесь были «подъездники», самые низкооплачиваемые убийцы, подрывники, снайперы и прочие специалисты. Дом, где происходили встречи, был в подмосковной деревне и неизвестно кому принадлежал. Накрыть змеиное гнездышко ничего не стоило. Но зачем? Оружия там никто не хранил, убийцы туда не приезжали, а захват двух-трех человек, разговаривающих между собой, ничего бы не дал. Ну найдут камеру с записью, и что? Люди репетируют, готовят спектакль на конкурс самодеятельности.
Настоящие криминальные авторитеты тоже обращались к Гургену, но они не сомневались, что Гурген – всего лишь миф. Сидит какой-то нанятый артист, разыгрывает из себя крутого мокрушника, а на деле он с милицией имел дело лишь при получении паспорта. Существовала настоящая организация со своими законами и принципами. Знаменитый Гурген или Петя Иванов из погорелого театра пересылал туда пленки с записью и деньги. Некий легендарный Гурген никого не интересовал, интересовал результат, а его всегда получали в срок.
В кабинет Геннадия Осипова вошел руководитель так называемой студии «Независимый продюсерский центр» Сергей Михайлович Коркунов. В принципе они создавали свою фирму на паях, при участии спонсоров, но общим руководством занимался Сергей. Он проявил себя выдающимся организатором и отличным менеджером. Гена на такую роль не тянул. Профиль его работы был значительно уже. У него в отделе работали уникальные сыщики, а также настоящие, а не ряженые ликвидаторы, самые засекреченные люди, которых знал поименно только Осипов и никто больше. Вот такой вроде бы парадокс получался: одни ищут, другие убивают, и все работают в одном отделе. Но ведь сыщики искали не убийц, а мишени для них. Сергей редко вмешивался в работу коллеги, но иногда приходилось, особенно если это касалось престижа фирмы или незапланированных мероприятий.
– Что с твоим лицом, Сережа? – спросил Осипов.
– То, что будет и с твоим после некоторых объяснений.
Он выложил на стол несколько фотографий.
– Тебе знакомы эти снимки?
Геннадий просмотрел фотографии.
– Константин Вербин, и что? Снимки делали мои ребята. Минут за двадцать до взрыва.
– А кто с ним за столиком?
– Понятия не имею. Девушка сидит к нам спиной, ее лица не видно. Рядом женщина и какой-то парень.
– Взрыв с пожаром твоя идея?
– Да. На клуб был отдельный заказ. Все очень просто. Одним махом мы выполнили два заказа. Место в клубе бронировала секретарша Вербина, девчонку обработали, и она заказала столик там, где надо.
– Плохо обработали. Вербина предупредили. На снимке Николай Вербин, родной брат Константина, близнец. Из этой компании чудом спаслась дочь Константина – Эвита Вербина, дома ее зовут Ева. Она в больнице. Это та, что на снимке сидит к нам спиной. Братья собирались отпраздновать свой день рождения, но Константин так и не приехал. Похоже, знал, что его заказали, и вместо себя подставил близнеца.
– И свою родную дочь? Шутишь!
– Выясни подробности. Направь в больницу к девчонке следователя. Надо выяснить, где находится ее отец. Заказ не выполнен.
– Я разберусь, Сережа. Утечка информации из нашей конторы исключена. Константин Вербин не мог знать о готовящейся акции. Исключено.
