— Ц-ц-ц, — покоцал я быстро языком и покачал головой, — какой я неуклюжий, ай-ай-ай. Неуклюжий, ага. И очень нехороший к тому же — гадость сделал и на душу бальзам. Даже настроение улучшилось. А нечего потому что.
Между тем Стас все же разговорил Юлю, хотя кто бы сомневался. Девушка рассказала о том, что этот урод завел ее в ларек и по-хорошему предложил его удовлетворить быстренько. Юля тянула время — ей показалось, что полицейские на посту нормальные люди. И не ошиблась — один из них, заподозрив неладное, заставил этого кадра из павильона выйти вместе с девушкой. Потом он спрашивал Юлю, все ли нормально, но она не стала ему ничего рассказывать — сказала, что все хорошо. Не стала говорить ничего, потому что хотела быстрее уехать — опасалась, что мы сейчас вмешаемся.
— Ну и этот, — кивнула Юля на лежащего, — изъявил желание нас проводить. Полицейский тот меня спросил, стоит ли, но я сказала что пусть, просто там дядька участливый оказался. Боялась, что если откажусь, он сам с нами поедет.
— Стас, что делать то будем? — я уже отошел от полуобморочного состояния, в котором после бега был, и темнота вокруг и наше бездействие начинало напрягать. Да и от Чернецово мы недалеко — воспоминания о том, что там один не дострелянный бездушный остался тоже пугали.
— Давай за ниссаном, я пока этого… — Стас глянул на лежащего, потом на меня, потом на Юлю. — Свяжу, — сказал он явно не то, что сначала хотел сказать.
Поймав ключи, которые кинул Стас, я подгоняемый надуманными страхами, сайгаком донесся до патруля, который был от поворота совсем недалеко, метрах в двадцати. Рыбкой запрыгнул в салон, и даже не прогревая двигатель, выехал из канавы. Не включая фар, подъехал к отвороту дороги. Здесь Стас уже закончил охранника пеленать и, повернув его на бок расспрашивал.
— Открой багажник, с собой возьмем, — сказал мне Стас, как только я к нему подкатил. Когда щелкнул замок, он схватил пленного за связанные руки, так что тот замычал довольно громко, и кулем кинул тело в патрол. Закрыть багажник у Стаса получилось не с первого раза — дверь ударялась будто во что-то мягкое и с каждым ударом громкие стоны доносились.
— Стас, может его здесь оставить? — у Юли и так глаза большие, но сейчас они вообще на пол лица были.
— Угу, пусть он дальше идет, на клыка всем предлагает по-быстрому, да? — мне даже в темноте было видно, как Стас зло глазами сверкнул. Девушку эта отповедь в чувство привела и больше она вопросов не задавала.
— Алекс, — обернулся Стас ко мне, — давай в меган за руль. Свет ближний можешь включить, после того как поворот с блоком подъедем. Но если начну по стопам часто бить, вырубай фары и к обочине прижимайся.
Проехав поворот на Великополье, я включил ближний свет и прижался к едущему впереди патрулю максимально близко. Нависнув над рулем, сильно и напряженно в него вцепился. Резина летняя на рено — ничего не стоит с дороги убраться. Да и воспоминания о недавней перестрелки на дороге, когда Артема потеряли, тоже уверенности не добавляли. Так что рулил я внимательно, совершенно не вслушиваясь в тихий разговор Юли с Тамарой. Обернулся только разок, посмотрел, что дети заснули уже.
Повезло — в этот раз никаких встреч не было и до поворота на Змеиный доехали спокойно. Как только свернули в лес и по петляющий дороге поехали под уклон на холм, Стас на патруле включил не только фары, но еще и люстру сверху и начал на клаксон нажимать, воспроизводя примитивный болельщицкий наигрыш.
«Опознался», — почти сразу же мелькнула у меня догадка. Ну да, рации нет, вертись как можешь. Посигналил Стас и тогда, когда ворота санатория впереди показались. И, как оказалось, он совершенно правильно сделал, привлекая к себе внимание — как только мы въехали в ворота, оказались сразу под прицелом нескольких стволов. В том числе и башенной пушки БТРа. А ну как бахнули бы по неопознанной машине случайно?
— Ух ты, а чего это они все тут собрались? — вырвалось у меня, когда в свете фар увидел буквально столпотворение машин недалеко от ворот. Три тентованных грузовика армейских, красный пожарный ЗИЛ и еще несколько легковых стояло в отдалении. Тут же БТР рядом приткнулся. Ох, неспроста это.
Так как дорога была перекрыта, я заглушил машину и, кивнув Юле, вышел на улицу. Тут же будто звук включили с эффектом погружения — вокруг прогревались моторы, были слышны крики, гомон, от машины к машине бегали люди и над всем этим поднимался солярочный выхлоп. На меня смотрело уже несколько воинов, сгрудившись у сторожки и ощерившись стволами. Глаза безумные, движения нервные — мне даже не по себе стало. Но увидев комок модный на одном бойце, точь-в-точь как у меня, вздохнул с облегчением — свои вроде. Ну да, и лицо у парня знакомое.
— Сеня, здорово! — подняв кулак, поприветствовал я ординарца Савичева, — где командиры?
Сеня форсово козырнул в ответ и махнул рукой в сторону главного корпуса. Потом резко прикрикнул на бойцов сгрудившихся. О как — сам-то пацан еще двадцатилетний, но как уже гнобит менее опытных сослуживцев, усмехнулся я.
