— На самом деле, это была хорошая идея, — вдруг примирительно улыбнулась Гончая. — Просто слегка… упрощенная. Людям действительно нужны защитники, и я не против братства, раз у него есть грамотный руководитель. Даже с рунами ты отлично справился. Нашел способ избежать осложнений с кровью. Привлек магов, следишь за всем, что творится внутри… Я соглашусь, что такая сила требует жесткой дисциплины и контроля. Даже приму как данность идею испытания и тот отсев, который ведется на всех этапах обучения. Не буду отрицать, что наказания строги, но и не скажу, что они не нужны совсем. Тиль, это правильно, что такую армию держат в стальном кулаке. Правильно, потому что любой разброд рано или поздно приведет к дезертирству. А дезертир порой становится хуже мародера и легко может скатиться до уровня обычного душегуба. Однако тебе удалось этого избежать. Удалось сохранить идею. Я долго наблюдал за твоими птенцами, Тиль, и, признаюсь, они достойны уважения. Ты научил их быть твердыми, показал цель и упорно ведешь вперед… Ты сделал из них хороших воинов, друг мой, и подарил им надежду, что когда-нибудь, быть может, через тысячу или десять тысяч лет, человечество станет сильнее. Встанет в один ряд с перворожденными. Сможет поднять голову так же, как братство сегодня, и уверенно даст отпор любой расе, которая посмела бы нам угрожать.
Темный эльф слабо улыбнулся.
— Ты понимаешь…
— Да, Тиль. И поражен, что именно ты рискнул нарушить главный закон своей расы — не дать смертным обрести силу.
— А по-другому нельзя, Бел, — вздохнул Тирриниэль. — Люди рано или поздно станут сильнее. Если, конечно, мы не уничтожим их полностью. Но поскольку война приведет к гибели всех рас, как едва не случилось во времена Изиара, то лучше эти расы уравновесить. Так, чтобы любая война стала невозможной. Для того темный владыка и сделал шаг к сближению с гномами, со смертными, со светлыми. Для того и задумывалось братство. Равновесие, Бел, — вот ключ к выживанию Лиары. И ради этого я готов поступиться даже старыми законами.
Лакр странно заерзал, искоса поглядывая на спокойное лицо эльфа, но потом все-таки не выдержал.
— А что, если мы станем слишком сильны, мастер?
Тирриниэль пожал плечами:
— Да, такое может случиться. И даже может выйти так, что вы начнете теснить наши леса.
— Вашего владыку это не пугает?
— С некоторых пор территориальный вопрос стоит перед нами не так остро.
— Что ты имеешь в виду, Тиль? — насторожилась Белка.
— То, что теперь нам доступен не только этот мир, — ровно отозвался эльф. — И портал на самом деле может быть открыт снова. В частности, туда, откуда пришел Изиар, и тогда, когда нам, возможно, все-таки придется уйти с Лиары.
Леммы закончили работу быстро: едва братья перевели дух, как зверьки с почти кошачьим урчанием выбрали из земли последние споры и, радостно их проглотив, с надеждой посмотрели на Белку.
— Домой, — велела она, и зверьки огорченно сникли. Но потом послушно вернулись под прикрытие деревьев. — Так, всем подъем. Рты закрыть, повязки натянуть по самые уши. Не орать, руками не размахивать, не топать и не сходить с моего следа. Следить друг за другом, как за родными детишками. Если кто оступится, не дайте ему упасть. Если упадет, не дайте ткнуться лицом в землю. А уж если все-таки ткнетесь…
— То что? — с подозрением уточнил Лакр.
— То сами дураки, — невозмутимо закончила Белка, первой ступив на рыхлую землю. — Идем по одному, медленно и аккуратно, чтобы не вызвать даже легкий ветерок. Самым невезучим желательно какое-то время просто не дышать.
Терг с Ивером выразительно покосились на Лакра, явно гадая, не стоит ли заткнуть ему рот более надежным способом. Ланниец, разумеется, возмущенно зыркнул, но Торос вовремя пихнул его локтем. А потом на рыжего покосилась и Белка, так что воину пришлось сделать вид, что не понял намеков. Разумеется, с тем, чтобы потом, когда все закончится, страшно отомстить этим гадам и испортить им жизнь на много дней вперед.
Белка, без труда поняв молчаливый, но насыщенный диалог между братьями, усмехнулась, но дальше тянуть не стала — осторожно пошла к кордону, пожалуй, впервые оставляя отчетливые следы, по которым было легко определить безопасную зону для остальных. Без труда преодолев охранную полосу, она отступила в сторону и махнула Тирриниэлю, предлагая повторить ее путь.
Эльф спустился с невысокого пригорка и проделал этот опасный номер, не сделав по пути ни единого вдоха и даже чуть прикрыв веки. За ним столь же ловко проскочили Картис и Ланниэль, которых Гончая сразу оттеснила за спину. Придирчиво оценила, как аккуратно прошел до кордона Терг, взваливший на плечи Стрегона. Одобрительно кивнула, заметив, что тот идет строго по ее следам, и только потом, оставив братьев на внимательных эльфов, занялась более важными делами: приблизилась к ближайшему палисандру и тихонько заворковала, одновременно стягивая с рук кожаные перчатки.
