— Хорошо, — сказал Беннинг. Он тоже посмотрел в иллюминатор. — Отправляйся вниз и скажи, чтобы поторопились с погрузкой, взлет в два…
Появился другой ординарец и принес сообщение с радара. Записку взял Бехрент и краска сошла с его лица, внезапно ставшего бесконечно усталым. Он протянул записку Беннингу.
— Если вы сейчас посмотрите на небо, то увидите крейсер, летящий сюда.
— Пусть прилетает, — дико рявкнул Беннинг.
Бехрент взглянул на него.
— Но через две минуты после приземления они узнают все, и тогда…
— Две минуты, — прервал его Беннинг, — времени вполне достаточно, если мы будем шевелиться.
Лицо Бехрента озарилось мрачным светом,
— Вы по-прежнему Валькар! Это должно сработать, но патрули будут предупреждены раньше, чем мы выйдем в открытый космос.
— Будем думать о патрулях, когда подойдем к ним, — ответил Беннинг.
Бехрент заорал в микрофон системы оповещения:
— Расчетам световых орудий — по местам! Немедленно, иначе, клянусь…
«Вы по-прежнему Валькар! Какая ирония», — подумал Беннинг.
Он по-прежнему Нейл Беннинг. Он отсрочил последнее испытание своего «я», но это была всего лишь отсрочка.
В рубку, хмурясь, втиснулся Рольф.
— Так мы собираемся драться?
— Мы собираемся ускользнуть от крейсера, а не драться, — ответил Беннинг. — По крайней мере попытаемся. Как Джоммо?
— Я запер его вместе с Тэрэнией. И оставил охрану, — сказал гигант. — Аппаратура в другом месте, тоже под охраной.
— Это правильная машина, господин, — добавил Сомхсей, проскользнувший в рубку вслед за Рольфом. — Я читал его мысли.
— Надеюсь, мы проживем достаточно долго, чтобы испытать ее, — сквозь зубы произнес Беннинг, Он смотрел вверх через видеоэкран на усеянное звездами небо.
Бехрент тоже смотрел вверх. Все на корабле стихло. Каждый человек занял свое место по стартовому расписанию, не слышалось ни звука, кроме глухого, еле уловимого жужжания механизмов, создающих поле.
Высоко в небе появилось темное пятно, закрывающее звезды. Оно росло с ужасающей быстротой, стремительно превращаясь в огромную черную массу, несущуюся вниз, создавая впечатление, что это сам небосвод рушится на них. «Солнечное пламя» слегка вздрогнуло, когда тяжелый крейсер на расстоянии в сотню ярдов от них, сбрасывая скорость для посадки, завис над самой площадкой.
— Старт! — рявкнул Беннинг.
Они взлетели в тот миг, когда другой крейсер коснулся площадки. Беннинг смотрел на картины, проносящиеся на большом изогнутом экране, словно пытался разглядеть среди них свою будущую жизнь или смерть. Беннинг рассматривал дворец, удаляющуюся планету, когда услышал резкую команду Бехрента: «Огонь!».
Дворец, посадочное поле, резко очерченные формы только что опустившегося крейсера — все озарилось ярчайшим светом. Фокус этой слепящей вспышки пришелся на хвостовую часть крейсера, потом свет ослаб и исчез. Корабль мчал их прочь так быстро, что в краткий миг сцены внизу съежились и пропали из виду.
— Сделано! — ликующе воскликнул Рольф. — Команда невредима, но они не могут гнаться за нами!
Теперь «Солнечное пламя» летело через теневой конус планеты и Беннинг слышал из радиорубки голос оператора: «Очистить проход восемнадцать — чрезвычайный случай, чинуша! Очистить проход восемнадцать, проход восемнадцать…».
Они вырвались из тени в ослепительное сияние Ригеля. Огромное бело-голубое солнце осталось за их спинами, и они мчались в открытый космос, а мимо проплывали диски внешних планет.
— Вырваться с самой Тэрэнией на борту! — заорал Рольф и с силой хлопнул Беннинга по плечу. — Мы им покажем, что Старая Империя живет!
— У капитана, — шепнул Сомхсей, — в мыслях нет радости.
Перед этим Бехрент ушел в радиорубку и теперь возвращался с невеселой усмешкой на изборожденном морщинами лице.
— Я не собираюсь, — угрюмо сказал он, — праздновать сейчас что-либо. Внешние патрули уже предупреждены и держат нас на радаре, перекрывая путь.
— Проклятье! — взревел Рольф. — Тогда жми прямо сквозь заслон — там ведь только легкие крейсеры!
— Погоди, — прервал его Беннинг. — Радиус действия наших орудий больше, чем у них, верно? И если мы поставим перед собой огневой барьер, то они не смогут ответить и будут вынуждены убраться, не так ли?
— Все зависит… — начал Бехрент, но тут же замолчал, а через секунду продолжал: — Стоит попытаться. Им не сообщили, почему нас приказано задержать, иначе они могли бы отважиться. Но не зная…
Не закончив свою мысль, он подошел к микрофону внутренней связи, вызвал пост управления огнем и принялся отдавать приказы.
«Солнечное пламя» прошло не больше, чем в миллионе миль от скованной льдом внешней планеты. Скорость крейсера была такой, что планета показалась грязно белым пепельным шаром, прокатившимся по грязному небу.
Заговорили орудия. Лишь слабая дрожь отметила их залп — снаряды не выбрасывались взрывчатыми веществами, а приводились в движение собственными двигателями. Но Беннинг увидел яркие вспышки, разорвавшие пустоту впереди и по сторонам, танцующие искры на фоне бесконечных, бесчисленных звезд. По мере того, как корабль мчался вперед, огненные искры, несущие смерть, двигались вместе с ним.
