— Скоро узнаешь, — сказала она. — Даже если ты и Дикий Волк. Видишь ли, я регрессивна. Какой-то из моих генов сохранил память о прошлом нашей расы… О, мой отец и мать были такими же Высокородными, как и все в Тронном Мире, не считая королевской линии, и Афуан никогда не выгонит меня из своего окружения. Но, с другой стороны, она почти не обращает на меня внимания. Вот и вожусь я для нее со всякими приемышами… Сейчас я привела на корабль тебя…
Она взглянула на чемоданы.
— Здесь твоя одежда и снаряжение? — спросила она.
— Я перенесу их.
В ту же секунду вещи Джима исчезли.
— Секундочку, — сказал Джим.
Она взглянула на него несколько изумленно.
— И ты не хочешь, чтобы я их сейчас убрала?
Чемоданы уже стояли у его ног.
— Да нет, — ответил Джим, — просто мне надо захватить с собой кое-что еще. Я объяснил принцессе Афуан, что мне понадобятся быки — животные, с которыми я даю представления. В городе шесть быков. Она обещала, что я смогу их взять, и велела передать тому, кто примет меня на корабле, что ее разрешение имеется.
— О, — сказала девушка задумчиво. — Нет, не надо мне рассказывать. Просто представь себе то место, где они находятся.
Джим представил быков в специальном боксе, который находился позади здания Земной Торговой Делегации, Вдруг он почувствовал себя немного странно — как будто его оголенного мозга коснулось легкое перышко. И тут же вместе с девушкой оказался перед шестью большими контейнерами, в каждом из которых покоилось замороженное тело быка.
— Хорошо, — кивнула она… и они снова очутились в другом месте.
Они стояли в гигантском помещении с металлическими стенами, возле одной из которых на одинаковом расстоянии друг от друга стояли те же контейнеры, которые мгновение назад были в боксе. Джим нахмурился. Температура на складе была довольно высокой — градусов двадцать.
— Эти животные заморожены, — сказал он, — и они должны остаться…
— О, не беспокойтесь об этом, — прервала она его и улыбнулась, как бы извиняясь за свою бестактность. — Ровным счетом ничего не изменится. Я оставила задание механизмам корабля.
И улыбнулась еще раз.
— Подойди, — предложила девушка, — протяни руку и убедись.
Джим подошел к ближайшему контейнеру. Никакого изменения температуры не было заметно, но, прикоснувшись к металлу, он неожиданно почувствовал, как его пронзил холод… Холод не мог исходить от контейнеров — они были великолепно изолированы, Джим отдернул руку.
— Понятно, — сказал он. — Хорошо. — Я не буду беспокоиться о животных.
— Вот и отлично.
В туже секунду они переместились куда-то еще… Не в полукруглую комнату, а в другую, светлую, просторную, одна стена которой казалась сделанной из стекла, а за стеной был виден пляж… полоса прибоя… и океан, расстилавшийся до горизонта. Но океан на борту звездолета не очень удивил Джима. То, что находилось в этой комнате со стеклянной стеной, удивило его гораздо больше!
Здесь находились создания природы сотен миров — от маленькой рыженькой белочки до странного, высокого, покрытого мехом зверя, явно более высокоразвитого, чем обезьяна, но еще не человека.
— Это остальные мои приемыши, — услышал он голос девушки и взглянул в ее улыбающееся лицо.
— То есть, конечно, они принадлежат Афуан, я за ними только ухаживаю. Вот, — она приласкала маленькую белочку, которая изогнулась под ее рукой, как ангорская кошка. Животные не были ни к чему привязаны, их ничто, казалось, не удерживало, но тем не менее они держались друг от друга на расстоянии.
— Вот это, — повторила девушка, — ифин.
Внезапно она замолчала и остановилась.
— Извини, Дикий Волк, — сказала она. — У тебя ведь есть имя? Как тебя зовут?
— Джеймс Кейл, — ответил он, — зови меня Джим.
— Джим, — повторила она, склонив голову и стараясь правильно выговаривать его имя. На языке Империи звук «М» звучал долго, и краткая форма от имени «Джеймс» получалась у нее более мелодичной и музыкальной, чем английская.
— А как твое имя? — спросил Джим.
Она вздрогнула и посмотрела на него удивленными глазами.
— Но ты должен звать меня Высокородной, — холодно сказала она. Но в следующее мгновение поборола себя. Ее природная доброта взяла верх.
— У меня, конечно, есть имя. И даже не одно, а много, много имен. Но, как правило, у нас одно общепринятое имя. Меня обычно зовут Ро.
— Благодарю тебя, Высокородная.
— О, ты можешь называть меня Ро… — она вдруг замолчала, как будто испугавшись своих слов, и добавила: По крайней мере, когда мы одни. Ведь ты же человек, Джим, хотя и… Дикий Волк.
— Это тебе тоже придется объяснить мне, Ро, — заметил Джим. — Почему все Высокородные называют меня Диким Волком?
Она изумленно посмотрела на него.
— Но ведь ты… Ну, конечно же, ты поэтому и не понимаешь…
Она еще раз покраснела, и Дикий Волк удивился. Такая реакция у взрослой женщины?…
— Это… не очень привлекательное имя. Оно значит… значит, что ты человек, но затерянный когда-то в лесах и воспитанный зверями и… это значит, что ты не имеешь представления о настоящем человеке.
И она покраснела еще сильнее.
