Зайдя с промозглого холода в дом и скинув в сенцах верхнюю одежду, Вяче и Артем принялись молча отогреваться у натопленной печи, растирая замёрзшие руки. Непривычная тишина удивила Трофима, но задавать вопросы он посчитал лишним делом.
— Прошу за стол, господа! Извольте откушать, чем Бог послал. — Старый моряк добавил огоньку в стоящую на столе керосинку. Оголодавшие друзья, уже привычно перекрестившись на красный угол, сели ужинать.
На улице послышался громкий, переходящий в захлёбывающийся вой, лай собаки. Артем и Вяче переглянулись молча и, не сговариваясь, достали из карманов оружие.
— Что-то быстро ответка нам прилетела. — Артём снял пистолет с предохранителя.
— Лиса, поди, мышкует или собака бродячая заявилась. Сейчас гляну. — Трофим, чиркнув спичкой, запалил взятую с полки вторую керосинку и вышел в сени.
— Не ходи, Трофим… — Торопов нутром почуял неладное, но слуга уже не слышал, плотно притворив за собой внутреннюю дверь.
— А может, и не лиса, — Славка отступил к стене и присел, приготовившись к стрельбе по двери.
Несмотря на то, что, по мнению главаря, подручные оказались полнейшими недоумками, сработали они с немалой сноровкой. Когда входная дверь открылась, и на пороге появился калечный слуга, освещавший себе дорогу керосинкой, он тут же получил два увесистых удара дубинками. Первый — под дых. Второй — по голове. Главный ловко выхватил керосинку из обмякшей руки хромого.
— Вяжите его! Быстро! — Прошипел он. — А ты — вперёд! — И он ладонью подтолкнул оснащенного ружьем подельника в спину.
Услышав непонятную возню в сенях, Артём мгновенно оценил обстановку, наклонился и, с силой дунув, погасил лампу. Дом погрузился в абсолютную темноту. Это стало весьма неприятным сюрпризом для нападавшего, ворвавшегося в этот момент в комнату. Поняв, что попал в западню, он вскинул ружьё и выпалил дуплетом, в надежде хоть кого-то зацепить, выкрикивая:
— Эй, черти, отведайте картечи!
Славка, успевший надежно укрыться за углом печки, встав на одно колено и наведя оружие в сторону входной двери, тут же несколько раз выстрелил в ответ, целясь на сноп огня из вражеских стволов. Вылетевшие из двери щепки заставили главаря и оставшегося подручного отшатнуться от двери и присесть.
Противник, сдавленно вскрикнув, выронил ружьё и, осев возле дверного проёма, затих.
«Первый пошёл», — отметил про себя Артём, лёжа на полу возле окна, куда успел откатиться. — «Интересно, сколько всего будет… А патроны поберечь бы не мешало».
Стоящий в сенях предводитель шайки, услышав пальбу, понял, что все его планы пошли прахом. И надо срочно исправлять ситуацию.
— Эй, господа хорошие! Жить хотите? А? — Прикрыв дверь, попытался начать переговоры он.
Голос злодея показался Славке знакомым, но вспомнить, где же он его мог слышать, тогда так и не смог. Друзья молчали, стараясь не выдать своего расположения. Пёс продолжал надрываться на улице.
— Нас ведь больше. Вам придётся рано или поздно выйти. Вы проиграли. — Не дождавшись ответа, продолжил главарь. Ему вновь ответил лишь бешеный лай собаки во дворе. Минуту поразмыслив, главный взял керосинку Трофима, прибавил огонь и открутил заправочную крышку.
— Сожгу ведь вас, чертей… Али вам огонь не страшен?! Выходьте, пока не сгорели!
Никакой реакции… Мысленно произнеся «Господи, прости», он приоткрыл дверь и со всей возможной силы швырнул керосинку внутрь комнаты, метя в противоположную стену.
— Готовьтесь! Сейчас выбегать начнут! — Крикнул, обернувшись к оставшимся подручным. Почувствовав, что дело принимает нешуточный оборот, один из них, воспользовавшись темнотой, тихонько выскользнул на улицу и растворился в ночи.
К несчастью друзей, старый моряк не пожалел керосина, заправляя лампы. И теперь пол-литра горючего огненной лужей стремительно растекались по полу и стене комнаты, наполняя её удушливой смертью и сполохами пламени. Торопов вскочил и, схватив стоящее возле печки ведро с водой, окатил из него занимающуюся стену. Стало только хуже. Стена ненадолго погасла, но керосиновое пятно на полу… Подхватив половичок, он принялся яростно сбивать им пламя. Тем временем Славка, успев перезарядить Кольт, продолжал держать входную дверь на прицеле.
Подстреленный, окровавленный бандит зашевелился, видимо, придя в себя от едкого дыма. Тяжело и медленно он достал из кармана револьвер и, взведя курок, прицелился в Артёма, хорошо выделявшегося на фоне пожара. Выстрел! Ещё один! Слабость и туман в голове от кровопотери не дали ему шанса попасть в цель. Славка, напротив, среагировал почти мгновенно, и две пули заставили его затихнуть навсегда.
Главный, наблюдавший короткую перестрелку сквозь неплотно прикрытую дверь, заприметил Славкину позицию и, подумав, что «для допроса хватит и одного», решил сыграть «ва-банк». Просунув ствол в щель, он разрядил весь магазин в Хворостинина. Славка вскрикнул и завалился на пол, уронив пистолет. «А вот теперь — точно капут!» — Не ко времени всплыл старый анекдот в голове Торопова. Хотя, почему не ко времени?
