Дикое желание полностью

— Хорошо, потому что я не боюсь использовать подлые пощечины, — она подняла руку и подула на пальцы — точно так же, как актеры делали с дымящимися, перегретыми бластерами в тех нелепых боевиках, которые Тарген часто смотрел с друзьями. Она съежилась и опустила руку, пряча ее за спиной, когда одарила его застенчивой улыбкой.

— Извини, это было действительно банально.

Тарген ухмыльнулся и засмеялся.

— Не знаю, банально ли, но это было смешно, — и мило. Почему она такая, блядь, милая? — Вот что я тебе скажу. Если ты почувствуешь потребность влепить кому-нибудь пощечину, я поддержу тебя. Почти уверен, что если бы ты ударила того волтурианца первым, он бы вырубился.

Она рассмеялась.

— Сейчас ты просто пытаешься заставить меня почувствовать себя лучше.

— Это работает?

— Возможно, — ее улыбка смягчилась, и она наклонила голову. — Ты действительно проводишь меня домой?

— Да, если ты не боишься, что большой, жуткий воргал, владеющий множеством ножей, узнает, где ты живешь.

Она подошла к нему и протянула руку, вложив свою в его.

— На самом деле, мне было бы спокойнее.

Улыбка Таргена внезапно погасла, и он обнаружил, что смотрит на точку соприкосновения между ними — на ее бледные, нежные пальцы, обхватившие его большую, грубую руку, идеальное отражение разительных различий между ним и Юри. Ее кожа была теплой и мягкой, прикосновения нежными, но уверенными.

Держаться за руки — это то, что Шей назвала бы сентиментальным дерьмом, но это, казалось, никогда не мешало ей держать Драккала за руку.

Черт возьми, почти все, что Аркантус и Саманта делали вместе, было сентиментальным дерьмом по определению Шей, но радость, которую это вызывало у этих двоих, была неоспоримой. И это… ну, это было чертовски приятно. Это доверие, эта маленькая невинная близость. Но она также немного пугала.

Тарген был почти уверен, что никогда не делал ничего подобного, почти все воспоминания, которые у него остались, были о насилии. Сражения определили всю его жизнь.

— Похоже, моя теория охраны наконец-то оправдывает себя, — сказал он, поднимая на нее взгляд.

— О? И что это за теория?

— Самое главное — выглядеть страшнее, чем тот, кого ты охраняешь. Не помешает, если ты еще и лучше выглядишь.

Юри приподняла бровь.

— Значит, все дело во внешности?

— В основном. Я потратил много времени на… — как бы это сказал Арк? — культивирование этого образа.

Юри усмехнулась и, подняв другую руку, похлопала его по груди.

— Тогда не волнуйся. Я буду защищать тебя. Пойдем, — она отступила, не выпуская его руки, и слегка потянула. — Кто-то должен ждать нас на погрузочной площадке с твоими вещами.

На секунду у него возникло искушение воспротивиться, прижать Юри к груди, наклониться и снова поцеловать ее, вместо того чтобы последовать за ней. Но он не смог бы остановиться в первый раз, если бы Руунок не прервал их. Он не мог рассчитывать на вмешательство извне, чтобы отвлечься во второй раз. Как бы сильно ему ни нравилась Юри, как бы сильно он ни хотел ее — а он действительно, действительно хотел, — он не мог заполучить ее. Ему придется удовлетвориться тем кратким вкусом, что они уже разделили.

Для них обоих было бы лучше, если бы он просто проводил Юри в целости и сохранности, а затем вернулся домой. Больше никаких выпивок, никаких скитаний. Просто дом, где он мог быть уверен в том, что будет вести себя прилично, пока Ярость не проснется и не заставит его снова искать выхода.

Тренировочные помещения в подвале комплекса и раньше давали ему достаточную отдушину. В следующий раз их тоже должно быть достаточно.

Он заставил себя двигаться, следуя за Юри. Она остановилась в коридоре, чтобы взять куртку из одного из шкафчиков, встроенных в стену, и продолжила путь по коридорам, предназначенным только для сотрудников, даря улыбки и теплые слова коллегам, мимо которых проходила. Все они казались довольно дружелюбными к Юри — и довольно подозрительными к Таргену. Он отводил от них взгляд ради нее. Для одной ночи ей было достаточно неприятностей.

Когда они достигли погрузочной площадки в задней части клуба, пара охранников, одним из которых был борианец с главного входа, открыли дверь поменьше рядом с большим отсеком, позволив Юри и Таргену выйти в переулок, и сунули Таргену ремень, как только те оказались снаружи.

Тогда Юри отпустила руку Таргена, он не смог проигнорировать острую боль потери, пронзившую грудь при разрыве этого контакта.

Тарген настоял, чтобы охранники держали дверь открытой, пока он осматривал свое снаряжение, каким-то образом сумев скрыть мелочное удовольствие от их раздражения. Закончив, он ткнул пальцем в сторону охранников.

— Вам повезло, что все здесь.

Борианец уставился на него.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы мы вызвали для тебя ховеркар, Юри?

Юри прикрыла рот рукой, как будто сдерживала смех.

— Да, я уверена, Эроу.

Эроу хмыкнул, бросил на Таргена еще один свирепый взгляд и кивнул Юри.

— Увидимся.