Дикое желание полностью

В нем всколыхнулась Ярость, но она казалась непривычно отстраненной — бессильной. Его конечности налились свинцом, ступни увязли в грязи, а эти воющие ебаные тени-скексы атаковали. Тарген зарычал и рванулся вперед. Каждый мускул в его теле напрягся, чтобы вытащить ногу из грязи. Казалось, что вся планета стремилась утянуть его вниз.

Бластерный огонь авангарда воргалов пронзал скексов, но на место каждого упавшего приходило еще по два ухмыляющихся монстра, появившихся из дыма.

При виде бледной плоти впереди сердце Таргена на мгновение замерло. Это была Юри — это должна была быть она. Но она была среди врагов. Он должен был добраться до нее, должен был вытащить ее оттуда. Он должен был спасти ее.

Рыча, он вытащил ногу из грязи и двинулся вперед. Следующий шаг был ничуть не легче, но он просто сжал челюсти и заставил себя двигаться вперед, сражаясь с голодной грязью за каждый сантиметр. Земля впереди была черной от скексов, их было так много, что он не мог отличить живых от мертвых.

Солдаты-воргалы вокруг Таргена умирали. Он видел, хотя и не смотрел на них, видел их лица с ошеломляющей четкостью. Он видел, как пули скексов пробивают и без того потрепанную броню авангарда. Видел, как лезвия и топоры раскалывают черепа. Видел, как товарищи, которых он знал много лет, жертвовали собой, чтобы убить еще больше врагов и построить собственные курганы из трупов.

И он почувствовал, как тысяча ножей вонзились в его сердце, потому что он знал их лица, знал, что они храбро погибли, но он все еще не знал их имен.

Юри.

Он не забудет ее имени. Не позволит ей стать еще одним безымянным призраком в его памяти.

Тарген взревел и продолжил движение. Она была прямо перед ним, он доберется до нее. Он должен.

Снаряды скексов поражали его тело глухими, тяжелыми ударами. Боль была отдаленной, чуть больше, чем точки тепла, расцветающие по всему телу, но каждая из них немного замедляла его. Скексы набросились на него, нанося удары клинками и скрежеща зубами. Тарген яростно набрасывался на них с кулаками, царапал ногтями, впивался в их грязную плоть клыками.

Из кучи мертвых скексов впереди поднялась маленькая рука с выкрашенными в зеленый цвет ногтями.

Зарычав, Тарген надавил сильнее. Ярость отказывалась давать ему необходимую силу, скручиваясь бесполезным маленьким комочком в груди. Он копнул глубже, разрывая свою суть в поисках хоть чего-то — ведь он должен был спасти ее. Он должен был доставить свою Юри домой.

Он сбросил с себя воющих скексов, дробил кости ударами и чувствовал, как свежая, горячая кровь течет по его коже. Грязь засасывала его ноги и затягивала их все глубже, он жаждал еще крови, их крови.

Юри выползла из-под трупа. Ее глаза были широко раскрыты от страха, а кожа была так же покрыта грязью и кровью, как у Таргена.

Мощные руки обвились вокруг торса, ног и плеча Таргена, а другая обвилась вокруг его шеи. Он выбросил руку вперед, наклоняясь к Юри и толкаясь изо всех сил, какие только были в его ногах.

— Нам нужно идти, — сказал кто-то спокойным, глубоким голосом позади него. Голос Урганда.

— Нет, — прорычал Тарген. Его суставы напряглись, и казалось, что рука вот-вот вывихнется в трех разных суставах одновременно. Он не мог отвести взгляд от лица Юри, от ее ужаса и отчаяния, от умоляющего света в ее глазах.

— Ты серьезно ранен, — твердо сказал Урганд. — Нам нужно эвакуироваться.

Тарген не мог уйти без нее. Он бы этого не сделал. Она была всем, что у него было, она была всем, что ему было нужно — и прямо сейчас она нуждалась в нем.

Юри потянулась к нему. Его кончики пальцев коснулись ее пальцев. Надежда вспыхнула в груди Таргена, вытесняя бесполезную Ярость. Ему просто нужно было еще несколько сантиметров…

Он поймал ее руку в свою. На мгновение облегчение осветило ее глаза.

Руки, сомкнувшиеся вокруг Таргена, дернули его назад с внезапной, огромной силой. Он изо всех сил вцепился в руку Юри, но его сила ничего не изменила. Кровь, покрывавшая их кожу, привела к тому, что ее рука выскользнула из его.

Нет!

Ужас в ее взгляде пронзил его грудь, как копье. Он снова потянулся к ней, но его оторвало от земли и унесло с невероятной скоростью, и ему оставалось наблюдать, как с расстоянием она становится все меньше и меньше. Хотя он и не мог этого слышать, он почувствовал, как из горла вырывается рев.

Единственным, что он мог слышать, была Юри.

— Тарген!

Руки, державшие его, были подобны тристиловым оковам, безжалостные и невозмутимые в его отчаянной борьбе. Юри была крошечной, бледной фигурой среди пылающих оранжевых костров и черных, затененных трупов, оставленных позади, как и его товарищи. Его рев усилился, сотрясая грудь.

— Тарген! — позвала она снова, ее голос почему-то стал громче, хотя она была так далеко.

Темные руки, удерживающие Таргена, заставили его обернуться и оторвать взгляд от Юри. Он рычал и боролся, пытаясь разорвать их хватку, видение вспыхнуло, когда его Ярость, наконец, породила искру, наконец-то накалилась. Оскалив зубы, он занес кулак.

Когда Юри снова позвала его по имени, ее голос прозвучал поразительно близко.

— Тарген!