"…Впрочем, редко кто может устоять перед правильно спланированным шантажом. Таким, который ставит жертву между выбором: гарантированно плохо здесь и сейчас или возможно плохо — но потом. И ведь большинство жертв, четко осознавая, что садится на крючок шантажиста только глубже и прочнее, все равно выбирает это пресловутое "потом". А раз так, раз отлично работает, то зачем придумывать что-то новое?"
Инквизитор сделал долгую, театральную паузу. Потом, видимо вспомнив, что даже крысу загонять в угол не стоит, а палку для лучшего результата всегда следует сдабривать пряником, совсем другим, мягким и понимающим тоном "пастырь добрый" начал завлекать меня райскими перспективами:
— Впрочем, это плохое, что лишь
Тебе нужны деньги? Церковь никогда не была бедна. Жаждешь знаний? В наших библиотеках без дела лежит столько старинных фолиантов по магии, сколько нет и у самой древней и богатой колдовской семьи. Ищешь мести? Мы поможем. Алчешь власти? Поддержим и направим, убережем от ошибок. Признания? Слово церкви весит немало… Пойми, в случае согласия выигрываем мы все, а от отказа будешь страдать ты один…
— Кхм… — поперхнулся я, поймав себя на мысли, "а может?.."
"Прям елей в уши льет! И ведь знаю, что все это ложь, а все равно мыслишка "это выгодно, с них действительно можно было бы немало взять" сама по себе приходит в голову! Мастер, однако! Жаль, что тебе не повезло.
Время вы, господа "магозакупатели", подобрали не очень для себя удачное. И с формулировкой порядком пролетели. Нет, не будь у меня предзнания, задание "завалить самого Дамблдора" казалось бы самоубийством. Малфой-младший тому эффектное доказательство. Но в моем конкретном случае драма превращается в фарс. Плюс шантаж… Слабенько-слабенько, не говоря уже о том, что компромат имеет свойство протухать. Или терять смысл, если дальнейшие "преступления" намного страшнее. Образно говоря, глупо пугать грабителя банков раскрытием тайны украденного в детстве из песочницы совочка.
Я уже не тот мальчик, что клянчил у дяденьки пистолетик, чтобы сравняться в силе с грозным папкой, дравшим своего отпрыска розгами. Тут и отпрыск не совсем путевый, да и папка оказался вовсе не таким чудовищем, что рисовало детское воображение. Так что…"
— Хорошо, — кивнул я расплывшемуся в довольной улыбке акулы миссионерства инквизитору. — Будь по-вашему.
— Отлично! Тогда я сейчас передам тебя…
— Я отказываюсь от первого задания и беру второе. Не пройдет и года, как Альбус Дамблдор — умрет.
Глава 79. Немного об аптечках
"Да-а-а!.. На это можно смотреть вечно!" — подумал я, выныривая из омута памяти, где сейчас плескалась копия моих воспоминаний об окончании разговора с инквизитором.
Даже у нас с Уэйном, зашуганных преподавателями и угрозой нарушения Статута настолько, что и подумать не могли использовать при переезде магию (а ничем иным объяснить нашу дружную тупость нельзя), даже у нас тогда не было таких глупых лиц.
"Вот так вот! Так вам и надо! — ухмыльнулся я, взмахом палочки переливая воспоминания в колбочку. — Рассчитывали, что меня можно так легко развести?"
Нет, естественно, инквизитор, как любой профессиональный агитатор и переговорщик, умел держать удар. Быстро пришел в себя. Сделал попытку сначала откатить все обратно. Потом — поторговаться о сроках выполнения, но… Это было настолько жалко и бессмысленно, что и я, и он это отчетливо понимали. Более того, он понимал, что я понимаю, и это еще более усиливало унизительность сложившейся по его вине ситуации.
"Академический пример того, как неполная или недостоверная информация приводит к ошибочным выводам и последующей неудаче. Могу заявить это со всей ответственностью. Уж чего-чего, а личных примеров за последние лет пять у меня накопилось, прямо так скажем, немалое число!" — подумал я. В один момент хотел было даже ради воспитательного эффекта дать посмеяться над ситуацией и Уэйну, но вовремя опомнился. Объяснить глупость инквизиторов брату было бы очень… сложно.
Я никому. Не собирался. И не собираюсь. Открываться.
Страшно.
По результатам последней встречи вся эта эпопея с инквизиторами меня стала достаточно сильно напрягать. "Ладно жизнь за жизнь. Понятная цена. Справедливая цена. Достойная цена. И она уже отдана. Один раз. Ладно долг за оскорбление, превращение чистого клинка в черный. Пусть должен. Еще раз. Один, а не два. Однако в своей нынешней просьбе они намного превысили любую, даже самую смелую оценку оказанной мне помощи и отработку любой моей вины. Короче! Не пойти ли этим ребяткам с такими заскоками стройными колоннами нахер?!"
