По большому счету, все отличие древнейших благороднейших чистокровных семей от просто старых или всего лишь чистокровных как раз и есть в наличии родового мэнора. Естественно, тут имеется в виду не просто земельный участок или здание, а их "начинка". Алтарь, обеспечивающий передачу из поколения в поколение родовой предрасположенности к определенному направлению магии. Накрытый мощными защитными чарами дуэльный зал, позволяющий безопасно тренировать навыки в мощной и опасной для всех, в том числе и для оператора, боевой магии (чтобы понять, что бывает с теми, кто пренебрегает тренировками или техникой безопасности, достаточно вспомнить судьбу самого Винсента Крэбба из канона). Ритуальный зал, для сложных и длительных обрядов… Собственно, и все. Ну и знания, конечно же. Остальное все — просто мишура. Пыль в глаза!
Пыль-пылью, а дуэльный зал Малфой-мэнора меня впечатлил. Если в Крэбб-мэноре это была всего лишь комната, пусть и немаленькая, то здесь натуральный спортзал! В детстве, когда тренировочную комнату несколько раз посещал Винсент, в его воспоминаниях не отложилось никакого понимания ее важности (впрочем, и лет-то ему тогда было сколько?). Но я-то не жирная туповатая личинка тролля! Тем более, что здесь я уже чуть пообтерся и теперь ясно осознаю не только преимущества, которые дает наличие семейного дуэльного зала, но и то, сколько сил и средств стоит строительство и отладка такого масштабного, по-другому и не скажешь, объекта! Десятки, если не сотня тысяч галеонов! И реагенты тут нужны такие, что и произнести иногда мерзко. Вроде сердца мага лет семи-восьми. А ведь и Хогвартс в свое время точно по такому же принципу зачаровывался! Чертовы английские лицемеры! И после этого они смеют презирать темную магию, которая по сути своей есть основа безопасности и благополучия их волшебного мира?
Нет, понятное дело, устроить дружеский спарринг или тренировочную дуэль можно где угодно. Хоть дома, хоть в метро, хоть в любом классе Хогвартса. Однако не зря Филч раз за разом напоминает, что колдовать (подразумевается друг в друга, а куда еще школьники будут на переменах?) — нельзя. Магическую схватку устроить легко и просто, а вот избежать неприятных последствий — уже совсем нет. Показателен в этом плане такой вот фактик, что даже чистокровные маги вроде Драко и прочих слизеринцев очень редко колдуют в школе направо и налево. В качестве примера неудачного, но легкого по последствиям, развития событий можно вспомнить хотя бы зубки Грейнджер. А неудачного — безымянную жертву мародера-Сириуса или подопытных его современных одинаковых с лица и рыжих мастью последователей.
Под эти размышления мы с Бейтсом прошли перекрестную проверку секундантами и вслед за Малфоем зашли в круг. Вот только такое серьезное событие, как дуэль, тем более — до смерти, не может начаться быстро и просто, без выполнения кучи формальностей.
— Как поручитель Министерства и член Палаты Лордов, я обязан спросить у вас, — обратился к нам Малфой-старший, — возможно ли меж вами примирение?
"Вот только почему это прозвучало так… сухо? Малфой на самом деле не заинтересован в примирении? Малфою нужна моя смерть? Но зачем? Я ведь вассал его сына, опора в будущем, охранник и приятель... А может, дело в Бейтсах? Или тут что-то совсем другое? Непонятно, но подумаю об этом позже. Если выживу…"
— Мистер Бейтс?
— Если лорд Крэбб прилюдно извинится за свое вызывающее поведение, то я согласен ограничиться денежной вирой за нанесенное мне оскорбление действием, — вежливо произнес Эгберт.
— Сука! — кровь бросилась мне в лицо, и только напрягшийся Малфой и секунданты предотвратили мой рывок вперед. То есть, я мало того, что прилюдно признаю себя пидорасом, так еще и должен за это заплатить?
Еще никого я так не ненавидел! Ни Уизли, ни манипулятор-Дамблдор или чертов Крауч, заставивший меня убивать беззащитных, даже Малфой и Крэбб, на двоих пытавшие меня год назад… Даже они все вместе не будили во мне таких ярких чувств. Причина, скорее всего, в том, что тут сразу слишком много наложилось друг на друга. И эта ебучая аристократия, и отвергнутая любовь, и окружающие меня чопорные англичанишки, смотрящие на меня как на варвара: "как же, и Камю не читаем, и ведем себя на балу как неотесанная деревенщина…" Злоба и ненависть достигли такой насыщенности, что внезапно я… перегорел.
— Ты покойник, — равнодушным и совершенно безэмоциональным голосом произнес я. И это были не чудеса самоконтроля. И не игра. Я действительно был полностью спокоен. Я знал, что хочу убить этого мужика. И я знал, что убью его. Умру сам или нет, не знаю, а вот в том, что обязательно убью — сомнений не было абсолютно никаких. И даже последствие моей клятвы Основательнице меня сейчас не остановит.
— Лорд Крэбб?
— Разве не ясно?
— Нужен ваш формальный ответ, — спокойно продолжал Малфой.
— Тогда, мой ответ — примирение невозможно.
— Очень жаль. Секунданты?
— Свидетельствую. В возможности примирения — отказано, — произнес Уинфрид Кейн.
— Свидетельствую, — после моего согласного кивка произнес Гойл. — Примирение невозможно.
