Из кабинета профессора ЗОТИ, он же логово Генерального Инспектора, я вышел поздним вечером. И первым делом, свернув за угол, стянул с себя мантию. Вытер потные, несмотря на, мягко говоря, прохладный коридор зимнего Хогвартса, виски, шею и спину. Плюнул и струей воды из палочки, как из шланга, окатился по пояс и вымочил мантию и рубаху…
Слабый, но очень специфический запах приворотного зелья, от которого меня последние полчаса откровенно мутило, наконец-то исчез. Я довольно улыбнулся, магией высушил импровизированное полотенце, обтерся им, еще раз высушил и надел его обратно на себя.
Приворотное зелье использовала не Амбридж.
Приворотное зелье использовал я.
Пройти по лезвию ножа: между лютой ненавистью за отказ и немедленной женитьбой — было невероятно сложно, но крайне необходимо. Поэтому сегодня я решил выложить на стол Большой Игры несколько накопленных за годы жизни здесь козырей.
Как бы я ни ненавидел и эти дурманящие разум "любовные зелья", и как бы ни презирал тех, кто их производит и применяет, сегодня пришлось пойти на небольшую сделку со своей совестью. И перед походом на вечерний чай к Амбридж опрыснуться специфическим эликсиром из уже не первый год спокойно себе лежавшего в тайнике флакончика.
Про данное легкое приворотное зелье, я, совершенно случайно, узнал на тренировках обливиэйта у Локхарта. Точнее, тогда на моих персональных занятиях мы проходили тему о сложностях стирания эмоциональных связей в мозгу жертвы, особенно таких насыщенных, как связанных с любовью или ненавистью. И, слово за слово, разговор перескочил на привороты. Вот тогда-то Локхарт с полным владением темой и поведал мне про несколько самых знаменитых. Причем были они на любой вкус: от обычных, почти повседневных, которые можно сварить на уроке, до уж совсем лютых составов, абсолютно запрещенных Министерством.
То, что я сейчас использовал, было одним из упомянутых тогда зелий. Но несмотря на включение в список, приворотом его назвать было сложно. Это был совершенно легальный эликсир, которым пользовались, однако, не так уж и часто. Он не обеспечивал оказавшемуся в зоне действия собеседнику-жертве никакой фальшивой любви, желания или страсти. Только легкая приязнь, расслабление, хорошее настроение и спокойствие. Что, если подумать, тоже совсем не мало.
Минус, объясняющий редкость использования именно этого дурманного зелья, был в том, что действовал эликсир положительно только на представителей противоположного пола. А вот на людей того же пола, что и пользующийся им — строго противоположным образом. То есть гарантировал им появление неприязни, волнения, напряженности и отвратительного настроения. Даже запах вызывал отвращение (в том числе и у меня самого)! Поэтому зона применения этого эликсира была очень и очень узкой. Но я, готовясь к недавно завершившемуся разговору, не имел права пренебречь ничем, что гарантировало бы мне хоть какие-то дополнительные шансы. Даже такой откровенной дрянью.
"Как бы там ни было, но я сумел увернуться от оков Гименея и не поссориться с Амбридж. Заодно и задание "сюзерена" выполнил! Хотелось бы мне посмотреть на его рожу, когда он узнает…" — предвкушал я, торопясь в гостиную своего факультета. Записку о том, чтобы меня не наказывали, если патрулирующие коридоры професора поймают меня по дороге в спальню, Амбридж мне, конечно же, не написала. "Незачем" — говорила она. А в случае любых проблем с профессорами настоятельно советовала обращаться прямо к ней.
Желание увидеть реакцию Малфоя оказалось не из тех, ждать осуществления которых требовалось годами или десятилетиями. Уже на следующий день, сразу после завтрака, Драко меня отловил, и, с жадностью вглядываясь в лицо, спросил:
— Как ты себя чувствуешь, вассал? Пошла ли тебе на пользу подаренная мной отсрочка?
— Ваше задание выполнено, сюзерен… — ответил я, с удовольствием наблюдая вытянувшееся лицо блондина.
— Ты что… серьезно? На самом деле?.. — неверяще переспросил он. — Я же думал, что ты согласишься на новую клятву… А ты… Ты… Поцеловал?.. Жабу? — и, прочтя утвердительный ответ в моем взгляде, от отвращение передернулся:
— Фу-у-э-э! — скривился Малфой, и после паузы произнес. — А ты, я смотрю, крепкий орешек, Крэбб. Видимо, мне придется придумать что-то еще…
— Прежде чем ты выдашь мне следующее задание, Малфой, я, движимый честью в отношении данной тебе клятвы, хотел бы тебе кое-что сообщить.
— И?
— Ничему-то ты не учишься, сюзерен…
— Ха! Ну поясни мне глубину моих заблуждений, вассал!
— Ты забыл, что было в прошлый раз, когда твои приказы задевали приватную зону девушек?
— Причем тут это? — еще не понимая по поводу чего, но уже начиная нервничать, спросил Драко.
— А при том, что если даже сопливые девчонки догадались, кто стоит за моими оскорбительными действиями, то уж взрослая женщина, замминистра, и подавно… Она была мягко говоря удивлена моим… хм,
— Ты посмел рассказать… — побледнел Драко.
