Дамблдору моя смерть или серьёзная болезнь не просто не нужны, но и вредны. Лишний достоверный канал "информации от" и "дезинформации к" Темному Лорду на дороге не валяется. Да, с одной стороны, я ничего сказать, как меня ни спрашивай, об учителе не смогу. Но с другой стороны, даже по косвенным признакам опытный игрок в политику сможет выудить очень много. Да банально из моего состояния по возвращению после праздников или выходных можно судить, например, о настроении Волдеморта. А значит, об успешности или неуспешности претворения его текущих планов в жизнь. Плюс, какими бы ни были между Реддлом и Дамблдором отношения, иногда есть необходимость вместе сыграть против кого-то третьего. А для этого нужны линии коммуникации. Появилась срочная потребность что-то передать, а я — тут как тут! Это, можно сказать, почти прямой диалог. Всего-то одно передаточное звено, у которого, тем более, нет своей воли.
Малфои? Желание, несомненно, есть, но вот форма… Нет. Это глупо. У них до сих пор все еще остается невероятная по разнообразию возможность прижать меня. Причем намного сильнее, с гораздо меньшими усилиями и в любой удобный им момент.
Учитель — совсем невероятно. Ему достаточно мне просто приказать, и я в буквальном смысле умру по его слову. А что именно со мной произошло, Волдеморт мог узнать от Снейпа. Или того же Малфоя.
И так можно сказать практически про всех. Фаджу давить нет смысла, ибо я еще ни в чем ему не отказал. Амелия Боунс, как бы она меня ни не любила, сорвется только в том случае, если я попробую навредить ее племяннице. Семья Лонгботтом может и стала недовольна ценами, но повод ли это рубить сук, на который они сейчас только-только присели? Кемпбеллы — там же. Пусть Тикнесс и узнал о месяце форы, но перед любыми необратимыми действиями наверняка задался вопросом: "а что, если не успею найти компромат в срок?" Кто-то из спасенных мной из Азкабана мстит за родовые обиды, и тем самым марает себя меткой Предателя Крови? Это рядом с и так находящимся далеко не в хорошем настроении Темным Лордом? Амбридж "мягко давит", и при этом не думает, "а что, если я кони двину от такой любви?" Чушь!
Для Седрика, Барнетта, парней бывшего "Отряда Крэбба", Рона Уизли или кого-то из Армии Дамблдора такое слишком темномагично и несоразмерно проступку. У Дэвис резоны те же, что и у Амбридж. И она попробует грохнуть меня от обиды только в случае свадьбы на другой. И то, я буду вторым на очереди после жены. Ее недовольный брат сначала бы высказал мне все в лицо и попробовал договориться. Снейп — совсем не самоубийца, чтобы подставляться одновременно и под Дамблдора, и под Волдеморта.
Ну а для Гильдии, бошей, аидов, испанцев (даже если он решит отдать Долг Жизни в форме мести своему родному отцу) и прочих Бейтсов есть такая вещь, как Хогвартс. А защита Хогвартса — это защита Хогвартса. Можно сказать — бренд. Человеку (в смысле колдуну) со стороны проникнуть внутрь не так-то и просто. Практически невозможно проникнуть, если я правильно все понимаю. Особенно вспоминая канон. Хотя Блэк…
Вот так и получаются, точнее получались, основными подозреваемыми Близнецы Уизли. Ну и Забини еще, выпал из списка… Хотя и для него это слишком уж чересчур. Или нет? Все же отец — очень темный маг…
"Ну а если сделать мысленно следующий шаг и допустить, что я чего-то очень важного не знаю? Что, если ситуация изменилась таким образом, что моя смерть или увечье стали резко удобны из-за реакции каких-то третьих лиц, формально совсем не связанных с моими делами?.. В общем, называется это, "начинай все по новой", парень…" — подумал я. А после мысленно окинул взглядом получившийся список, схватился руками за голову и мысленно же взвыл: — "Ы-Ы-Ы-Ы!!! Вот как, как во всем этом разобраться, а?! Или просто плюнуть и начать вырезать всех подряд?"
"А ничего не треснет?" — иронично спросил меня внутренний голос.
"Треснет, треснет… Когда меня найдут первые же кровники-мстители… Все тогда треснет," — со вздохом по-прежнему беззвучно ответил я ему.
"И это только самые простые случаи! Все может оказаться гора-а-аздо сложнее…"
"То есть?"
"У всех названных тобой подозреваемых наверняка есть приятели, готовые оказать им услугу. А еще обязательно есть недоброжелатели…"
"…готовые на все, лишь бы подставить своих врагов под мою ответку" — закончил я мысль. И мысленно список недоброжелателей количественно возвел в степень… — "М-да… Как говорил один весьма колоритный книжный персонаж: "в длинном списке
— …Крэбб! Да очнись же ты наконец!!! — дернули меня за плечо сзади.
— А? А-а-а… Это ты, Нотт, — обернувшись, узнал я одногодка-слизеринца.
"Э-э-э, как меня торкнуло-то! Даже не заметил, как кто-то ко мне подошел! И это после всего, что совсем недавно произошло! Что бы мне Барти высказал за этакое разгильдяйство?! Эх, Барти-Барти…"
