— А это органично продолжает твое желание устроить тюрьму-без-тюрьмы Поттеру и его команде. Где, как не в Аврорате, Поттер всегда будет под надзором? Где, как не в Аврорате, он будет подчинятся строгой дисциплине и приказам Министра? При каком еще роде занятий у него окажется такой минимум свободного времени и сил для окунания в политические интриги? Например, разбросать его и его "армейцев" по разным четверкам… рядовыми. Не повышать ни в коем случае. Жестко выдрессировать… Попробовать кнутом и пряником перехватить верность его друзей, и чем Мордред не шутит, и его самого? Не может быть там все так радужно и прочно… А если все же ничего не выйдет… Что ж… Тогда, кто, как не авроры, всегда первыми идут на палочки темных магов или когти-клыки-жала опасных тварей? И иногда… — сделал я скорбное лицо и в притворной грусти развел руками, — Полная уважения и так отлично поднимающая имидж министра
— Кхе-кхе… Любопытно… — с удивлением и неким даже уважением посмотрела на меня Амбридж. — Я предложу Корнелиусу…
— Еще, — пользуясь хорошим настроением Амбридж, я продолжил тему с обоснованием отказа от должности командира проминистерским школьным отрядом, — я не могу занять пост главы отряда потому, что на меня, кх-м, давят…
— Ах это… Хорошо… Понимаю, — недовольно, но соглашаясь, мотнула головой Амбридж. — Однако, ты так уверенно отказываешься от этой должности, что будто бы хочешь предложить на свое место кого-то определенного. Может, у тебя уже есть на примете какой-то устроящий меня кандидат?
— О да! Есть у меня один такой знакомый! Со всех сторон отличный кандидат! Юноша крепких правил. Хорошей крови и воспитания… И Поттера не любит… Тебе понравится!
Естественно, Драко Малфой пока еще не знал, что он счастливый обладатель возможности стать командиром Инспекторской Дружины. Более того, он, как и весь остальной Хогвартс, за исключением меня и Амбридж, вообще ничего не знал ни о какой такой дружине, и соответственно, не желал ей командовать. Но куда он денется от канона и моей легкой мести?
Как нам говорит теория маркетинга, ситуацию с недостаточной мотивацией клиентов можно исправить правильным и качественным промоушеном. А клиент с такими заскоками, как у Драко Малфоя — это просто праздник для любого торгового агента. Легкие деньги, или, в данном случае, сам напрашивающийся козел, хотя в данном случае скорее хорек отпущения.
Так и вышло. Достаточно было похвастаться перед Драко, что меня назначают главой Инспекторской Дружины, создаваемой под патронажем Генерального Инспектора, временно занимающего сейчас пост директора Хогвартса. Намекнуть, что тут открываются просто невероятные при Дамблдоре возможности: можно будет снимать и выдавать баллы, проводить личные обыски, назначать отработки, патрулировать после отбоя... А после бросить косой плотоядный взгляд, шепча под нос, "сколько же я сниму баллов со Слизерина!"… И все! Чудовищно огромные самомнение и зависть моментально сделали за меня все остальное, заставив Драко мгновенное воспылать ярым желанием встать на мое место.
Естественно, как завещал великий Том Сойер, Драко получил то, чего так страстно возжелал, далеко не просто и отнюдь не забесплатно. После непродолжительного, но яростного торга, мы договорились, что Драко дает слово Малфоев, что забывает в Хогвартсе про приказы сюзерена до конца следующего учебного года (пытался отбить сначала вообще все, а потом до конца учебы, но не получилось), а я спокойно отхожу в сторону и становлюсь его заместителем. О том, что согласно негласной договоренности с новым директором, я буду иметь возможность в любой момент наложить вето на приказ командира Инспекторской Дружины (Амбридж подстраховалась от чрезмерных заскоков — скандалы ей были не нужны), Драко, конечно же, пока еще не знал. Зачем? Лишние нервы только…
С Энтони тоже все оказалось просто и без проблем. Рейвенкловец, которому парни предали мои слова о том, что он может сидеть на попе ровно и не беспокоиться насчет отчисления, увидев меня, сразу же замахал руками и быстро произнес:
— Не надо ничего мне говорить. Я все понял и оценил. Буду должен.
— Я же тебя предупреждал…
— Да-да-да! Я — дурак. Доволен? Тогда замяли тему!..
А вот с Хаффлпаффом пришлось помучиться. Все же Инспекторская Дружина состояла: на почти восемьдесят процентов из слизеринцев самого мерзкого (особо умные и хитрые мараться не захотели) пошиба; двадцать процентов таких же "достойных" рейвенкловцев; ни единого, надо отдать им должное, гриффиндорца и… одного хаффлпаффца. Меня. Это представляло собой серьезный диссонанс в мировосприятии самого спокойного из факультетов. А тут еще радостные крики Метью Барнетта: "Видите? Видите? Он продался! А я говорил! Говорил!!!" подливали масла в огонь сомнения. Пока ему не верили, но уже начинали прислушиваться…
"Зачем?" — безмолвно вопрошали меня лица учеников родного факультета, когда я вошел в гостиную.
