Трое оставшихся авроров начали поливать заклинаниями уворачивающегося с неожиданной для его габаритов ловкостью или впитывающего их без видимого для себя вреда полувеликана. Один бойцов министерства, видимо для того, чтобы уклоняться стало сложнее, подошел слишком близко и был за такую свою тактическую глупость немедленно наказан. Кулак Хагрида со скоростью бросающейся на добычу кобры с хрустом прилетел в голову аврору. Тот даже не успел упасть без сознания, как обратным рывком полувеликан схватил его за алую мантию и броском отправил в сторону Амбридж. Та какими-то чарами отвела от себя живой снаряд, и он попал не в нее, а… в другого, до это полностью боеспособного аврора. Превратившись в единый многорукий-многоногий ком красных мантий волшебники прокатились по склону вниз еще пару метров и замерли там так же неподвижно, как и недавно сраженная ими ведьма
Последний аврор в удивлении воззрился на кричащую на него Амбридж. Потом неуверенно, одним очень знакомым жестом взмахнул волшебной палочкой…
Дожидаться, когда у нападающих на него получится третье непростительное, Хагрид не стал. Он подхватил с земли своего любимого Клыка и юркнул за дом. А там, пользуясь медлительностью врагов, а также пока прикрывающим ему спину домом, он длинными прыжками понесся к Запретному лесу. На покинутом силами противника поле боя праздновать пиррову победу остались Амбридж и единственный из четверки оставшийся на ногах аврор. А еще четверо магов нуждались в незамедлительной колдомедицинской помощи.
Маги, конечно, живучие. Магия хранит и держит. Но у всего есть пределы. И без срочной и адекватной магической медицины Макгонагалл и раненным аврорам может потребоваться вместо больничной койки обыкновенный гроб. Как минимум одному точно, ибо, как мне показалось, даже отсюда я смог услышать омерзительный треск вмявшихся внутрь тела ребер.
"Хм-м… — подумал я, глядя со своей удаленной наблюдательной позиции на взбешенную, разъяренно размахивающую руками и чуть ли не топающую ногами и при этом наверняка громко кричащую (но отсюда не слышно) Амбридж. — Похоже, день не задался не только у меня. Что ж… Не будем дураками и подождем, пока все действующие лица, в том числе и я, подостынут. Например — до завтра… Заодно нужно сбегать и предупредить Помфри. Набрать "очков репутации" у всех сторон…"
"Какую херь ты думаешь! Ты все видел, но самого важно так и не понял…" — с печалью произнес внутренний голос.
"О чем ты?"
"Подумай еще раз!"
"Хм-м… — поступил я так, как просил меня внутренний голос. — Подсказок не будет?"
"Я — это ты! И ничего большего. Но и меньшего! Сам додумаешься…"
"Эм… Если откинуть эту… и эту… и политику… Тут, да, все очевидно… Ты намекаешь на…?"
"Именно!"
"То есть, ты хочешь сказать, что мои ближайшие планы несколько хм… шапкозакидательские?"
"Да! Хагрид тоже весь канон вроде как "мухи не обидел", зато вон он какой "кросафчег". Раскрылся по полной! Пять магов отпинал и сбежал невредимым. А твои ближайшие противники страдать "диптерофилией" точно не будут!"
"Да понял, я. Понял… Хорошо, — подумав, ответил я внутреннему голосу. — К завтрашнему "делу" я подготовлюсь максимально внимательно. Доволен?"
"Завтра и увидим" — внутренний голос решил оставить последнее слово за собой.
Интерлюдия 23
Дикий вопль, словно острый топор беззащитное тело, разрубает тишину. Поттер, вздрогнув, съехал локтями по нагретому столу и, чудом не задев своим знаменитым шрамом угол парты, упал прямо на холодный пол. Больно ударившись о негостеприимно твердые камни, с пылающим, как в огне, шрамом Гарри очнулся, но все продолжал и продолжал кричать. И если бы не экзамен, то обязательно собрал бы вокруг себя весь Большой зал. А так все ограничилось всего лишь недовольным шепотом со всех сторон.
