Я, как и все остальные, дочерна загорел и заметно высох. Если с худощавых, спортивного телосложения, охотников жаркое солнце мало чего смогло взять, то на мне отыгралось сразу за всех. Не знаю, сколько именно сала из меня выпарила местная жара, но если бы не повседневная трансфигурация обычной одежды, в свои старые штаны в талии я мог бы завернуться, ну не два, но полтора раза точно! Похоже, Милли на меня больше не посмотрит томным взглядом. Совсем я в комплекции, и, кстати, в ряхе, потерял. Щеки впали, скулы вылезли, нос заострился, глаза впали. Кощей (ближневосточная версия), да и только!
Удача улыбнулась нам восемнадцатого августа. Мы уже было смирились все с тем, что данный выход будет безрезультатным, но это оказалось не так. Не успел я начать тренировку, как Вий громко произнес:
- Внимание! Он тут!
И действительно, не успели еще утихнуть слова ритуалиста, как песок недалеко от края нашей артефактной площадки взорвался, и на поверхность выскочил искомый дракон.
Пустынный Дракон оказался крайне уродлив и по внешнему виду не имел к крылатым "властелинам неба" никакого отношения. Скорее уж комодские вараны могли бы записать такой образец реликтовой фауны в графу "уважаемый старший брат" или "воплощение Бога-Варана". Короче, ящерица как ящерица. Но очень большая.
Туловище, возвышающееся над песком метра на три, в длину было метров этак десять, если считать с головой, еще пять добавлял усеянный шипами узкий хвост. Приблизительно такой же, судя по реконструкциям и найденным окаменелостям, имелись у стегозавра. Вся поверхность тела дракона была закована в гибкую, но очень прочную чешую, дававшую, по словам охотников, достаточную защиту от стрелы, копья и меча.
Интересно, а если вспомнить, что на дворе как бы уже давно XX-тый век, и воспользоваться чем-то современным? Скажем, артиллерийским орудием небольшого калибра или станковым пулеметом? Надо было в гильдейской оружейке взять немецкий карабин или русскую трехлинейку, видел я там образцы в приемлемом состоянии. Впрочем, ничего еще не потеряно, можно взять кусок шкуры в счет трофеев и обстрелять в тире. Ведь впереди через год турнир...
Лапы дракона заканчивались четко выделенными отдельными пальцами, на каждом из которых был впечатляющий коготь. А вот голове с украшающей ее пастью мог бы позавидовать и тираннозавр. Размера она была такого, что песчаник мог спокойно перекусить пополам грузовой автомобиль или в один присест заглотить что-то вроде небольшого джипа. Клыки и зубы этого представителя реликтовой магической живности вполне подошли бы в качестве заготовки на костяные мечи и кинжалы. Любопытно, что же он такое жрет в пустыне, если вымахал до этаких размеров?
- Пошли! - скомандовал атаман, и бой начался.
Я, как учили, упал на землю, и ладонью разломал пирамиду-излучатель. Но закопаться в песок, как мне настоятельно советовали, и, соответственно, пропустить все представление, себя заставить я не смог. Глупо, но уж больно любопытно! И я не пожалел! Там действительно было на что посмотреть!
Последовавшее зрелище было весьма эффектным, но бой, на мой непрофессиональный взгляд, никаких сложностей магам не доставил. Основными атакующими приемами дракона были удары лапами, удары хвостом, попытки прыгнуть и раздавить, а так же огненное дыхание. В первый раз, когда это случилось, я даже присвистнул от восторга: выглядело это запредельно эффектно. Как мне объясняли, магические щиты не помогают от огненного дыхания дракона из-за того, что это и пламя, и яд, и магия одновременно. Из-за комбинированной физико-химическо-магической природы атаки, как я перевел это на нормальный язык. Драконий огонь представлял собой пронизанный магией, разогнанный до высокой скорости поток горящей кислоты, и поэтому щит должен был быть одновременно от огня, магии и кислотного плевка, а таких пока не изобрели.
Вот только у магов на каждую атаку дракона находились свои контрприемы. От запрыгивания за спину или внутрь защитного построения маги были прикрыты тем самым артефактным построением, что создавалось в песке каждый раз по прибытию на новое место. Работало оно как очень мощное отталкивающее заклинание. Конечно, у драконов, как у истинно магических созданий, была повышенная защита от магии и пониженная чувствительность ко всяким магическим и химическим ядам, но контур строился каждый раз избыточно мощный (в расчете на какого-то дракона-охотника). В этом и была прелесть ритуальной магии: хоть ее и очень долго творить, но зато она позволяет синергитично сливать силы нескольких магов и артефактов. От ударов хвостом и лапами маги держали дистанцию, а от огненного дыхания защищались либо тем, что вовремя нанесенным магическим ударом вбок, совсем как в обычной уличной драке, отворачивали голову дракона в сторону, либо из песка трансфигурировали толстые каменные плиты, которые по очереди левитировали, используя как щиты, отклоняющие поток огня. Единственно, чем дракону удавалось поразить своих врагов, это громким ревом и мерзким запахом тухлятины из пасти.