Прошедший несколько часов назад разговор очень четко встал перед глазами. Каждое слово, жест, взгляд. Ева вспомнила прикосновения, свои реакции, слова, настроение…
— И кто из нас идиот? — застонала в прижатые к лицу ладони. — Да он меня просто развел! Развел как малолетнюю дуру! А я купилась. Шарик, ты болван… — она энергично потерла щеки. — Он знал, что нужно расшатать меня эмоционально и планомерно это делал. — прошептала, вглядываясь в тьму за окном. — Соблазнил, расслабил, а потом качнул маятник в другую сторону, резко уронил с небес на землю и тут же дал намек-загадку и я за нее уцепилась. Раскрылась полностью! Призвала таля, показала силу, а ведь должна была пока скрывать ее от всех, особенно от ордена. Что-то мне кажется, что они не намного лучше трипты и тоже захотят кусок пирога, но под другим соусом. Но Вейн! Каков, засранец! Расчетливая, хитрая задница!
Ева улыбнулась, совершенно не чувствуя обиды, наоборот, теперь когда она стала понимать поступок герцога, появилось что-то похожее на восторженное уважение. Ей до такого уровня манипуляций еще расти и расти. Хотя ведь читала в своем время работы по психологии, но одно дело читать, а другое вот так легко применять их на практике, подстраиваясь под собеседника и на ходу меняя приемы.
— А может быть, еще договоримся…
Но она понимала, что теперь все будет завесить от дальнейших шагов супруга. И не исключено, что интересы ордена герцог поставит выше собственных. Понимать бы еще, какие именно эти интересы. Катастрофически не хватало знаний.
— В общем, Вейна пока ставим в пассив.
Туда же она отправила команду крепости. Капитан Итан вынужден подчиняться герцогине как второму после мужа лицу в Великане, а пока подчиняется он, на ее стороне гарнизон. Ева не лезла в военные дела, ее вполне устраивало, что служба идет, крепость и дорога под охраной, редкие караваны досматриваются, пошлина поступает в казну. Но с появлением герцога Ридверта гарнизон вернется под его руку и на стороне Евы останется лишь отряд Бурхуна… Она прекрасно понимала, что подчиняется ей капитан Итан чисто номинально. И была ему за это благодарна.
Прежняя герцогиня никогда не пересекалась с воинами крепости, ее интерес дальше трипты не распространялся, что сейчас играло попаданке на руку. Мало кто мог похвастать, что хорошо знает супругу шата Ридверта. От доверенной служанки и от целителя Ева избавилась в первую очередь, триптон сам исчез, не успев задать лишних вопросов, старая герцогиня вроде как поверила в Евину версию, мол, ждала своего часа, а с лекарем мастером Ульямом они пришли к консенсусу. А больше затворницу Еву никто и не знал.
Сплетни же… Обо всех всегда говорят. Гленна донесла, что слуги шепчутся, будто это из-за Шатари жена была тихая и забитая, а вот как не стало любовницы так сразу себя хозяйкой и показала. И эта версия событий Еву вполне устраивала.
— К пассиву отнесем трипту и каверну. Мало верится, что тали — это актив. Не сейчас. Сейчас от них одни проблемы. Ну и… — карандаш подчеркнул «относительная свобода», — вот это тоже вызывает вопросы… Как бы мне относительную свободу превратить в просто свободу? Ведь даже заклинательницам прошлого не удалось победить мужской шовинизм, — вздохнула Ева.
Она отложила записи и прикрыла глаза.
— Понятия не имею, зачем мне все это? Марлин просил меня удержать крепость до возвращения герцога из плена и не выйти замуж. Я же…
Она же решила крепость не возвращать и превратила ее в свой лучший бизнес проект.
— Ладно, раз спать не хочется, надо поработать.
Ева тихонько оделась и выскользнула за дверь. У поворота стоял пост, так как в этом крыле жила только она, то герцогиня настояла, чтобы стража у дверей в спальню не стояла. Но пост у входа в «барское крыло» капитан Итан оставил и Еве пришлось с этим смириться.
— Ребята, сходите к наемникам, пусть разбудят Мелкого, — попросила Ева тихонько одного из двойки охраны. — Жду его в кабинете.
Если воинов и удивило задание, они промолчали, лишь кивнули и один тот же час быстрым шагом направился выполнять приказ. Мелкий был художником, а у Евы в голове как раз родилось пару идей для игр. Все равно не спится.
В половине шестого утра мастер Буш застал в кабинете его светлости Ридверта незабываемую картину. Ева и официальный художник «Великана» Мелкий, по традиции наемников имена бойцов знал только их командир, хохотали так, что птицы за окном боязливо разлетались. За столом сидели двое — тетка Карля и Бурхун, и с азартом великовозрастных детей бросали кубики и двигали фишки на большой разрисованной доске.
— Новая игра? — секретарь выглянул — за спины Бурхуна и его глаза на мгновение стали круглыми. — Смелая идея… А на сколько человек рассчитана? — тут же поинтересовался с любопытством.
— Не больше четырех, — хихикнула Ева. — Как думаешь, можно запускать в продажу? Или оставить для внутреннего использования?
— Думаю, мир еще не готов к такому, — качнул головой Буш. — Но я бы сыграл.
— За мальчика или за девочку? — весело поинтересовался художник.
— Я бы попробовал оба варианта, — азартно ответил мастер.
