Слова прозвучали просто, как констатация факта, но на душе стало тепло, и сердце забилось чуть быстрее, чем следовало. Ева протянула руку и осторожно погладила мужчину по груди, расправляя несуществующие складки рубашки. Мышцы под ее рукой стали каменными, Бурхун подался вперед, но Ева уже убрала руку, испугавшись своей решительности.
— Не стоит, — сказала сама себе. — Не будем делать то, о чем пожалеем.
— Только не я, — хрипловато ответил наемник.
Но Ева уже взяла себя в руки и только улыбнулась благодарно. Было бы это на Земле, она бы ни на секунду не задумалась, но здесь, в этом мире, она не могла себе позволить никаких вольностей. Не сейчас.
До ее комнат они дошли в уютной и приятной тишине, а когда Ева уже закрывала дверь, она услышала тихое:
— Я принял назад титул еще по одной причине, шата Ева, теперь я достаточно родовит, чтобы претендовать на вашу руку.
Она тихонько закрыла дверь, не зажигая свет, бросила на кресло книгу и подошла к открытому окну. В маленькой комнате, примыкающей к спальне, похрапывала Гленна, за окном царила ночь, сияли звезды, было на удивление тихо, даже цикады не пели, не переругивались караульные, не ржали кони. Высоко в небе сиял острый месяц. Тишина и покой. Совсем не так было у нее в душе, там рвался наружу вулкан, с которым все сложнее и сложнее получалось бороться.
— Я сильная, я смогу, — прошептала она любимую сутру. — Я всего добьюсь, заставлю с собой считаться. Я стану независимой и сама буду выбирать. Я сильная, я смогу…
Заснуть Еве не удалось, постоянно лезли в голову мысли, а что если бы… Они были сладкими и тревожными и совсем не подобающими замужней герцогине, ждущей мужа из плена.
— Завести сейчас роман, это вручить трипте инструмент давления. Не время.
А как хотелось! Просто прижаться к теплому надежному телу, вдохнуть родной запах, довериться. Хотелось заснуть в объятиях и проснуться рядом с тем, кому без сомнения доверишь свою жизнь. Да просто хотелось человеческого тепла. Она ведь тоже не железная, а живая женщина с нормальным либидо и нормальными желаниями, она тоже устает от одиночества.
Ева еще немного покрутилась в ставшей неуютной постели, потом решительно встала и направилась к столу. Может, чтение исторических хроник прогонит неуместные мысли и желания. И сама не заметила, как увлеклась.
Оказывается, когда-то на этих землях правили королевы-заклинательницы и процветал умеренный матриархат. Женщинам дозволялось брать в дом двух или трех мужей, но это практиковалось очень редко и только среди заклинательниц. Тур-Тан-Терез писал, что это было связано с силой, но как именно, никто уже не помнил…
Ева скептически хмыкнула, не особо веря написанному. Скорее всего, одна из правительниц не смогла выбрать из двух мужчин, так и родился этот обычай. Зато все красиво и прилично. Не похоть, а необходимость!
Зато войны были скоротечны, в основном, воевали с людьми из-за моря и с тварями непонятного происхождения. Твари Еву заинтересовали больше, чем попытки «темных» народов оторвать для себя кусок плодородных земель. Изображенные на картинках животные очень напоминали земных динозавров с той лишь разницей, что они почти все были крылаты, их не брала магия, только добрая сталь и ловушки. Приходили твари сезонно в засушливые годы и причиняли много бед и полям, и людям, потому что были всеядны и не чурались разорить деревню и сожрать ее жителей. Что еще было интересно, боги в те времена жили среди смертных и даже активно размножались, так что заявление Фридриха могло быть правдивым. А потом что-то произошло, и в один день исчезли боги и твари. И вот тут началось интересное…
Ева задумчиво потерла глаза. Забавно, как причудливо тасуется колода истории. Хроники явно писались значительно позже, поэтому тройку сильных магов называют богами, при их жизни вряд ли они дождались такой славы. Просто сильные заклинатели — маги. Одна женщина и два ее мужа, чьи имена канули в историю вместе с ними.
— Как интересно… Но сколько недоговоренностей и скрытых смыслов… Расшифровать некоторые моменты будет сложно, надо завтра у графа спросить про богов… Сестра, Господин и Хозяин. Забавные ассоциации вызывает…
Ева на мгновение прикрыла глаза и провалилась в дрему. Ей приснился Вейн, он сидел в лодке, вокруг была звездная ночь и море. Заострившиеся черты лица, черная щетина, небрежно повязанная бандана, из-под которой на плечи падали отросшие волосы, и взгляд пристальный, напряженный. Губы мужа шевелились, но Ева ничего не слышала, как ни прислушивалась, а потом Вейн начал исчезать в зеленом тумане, и до нее долетели лишь обрывки слов:
— …трипте не верь… и дождись меня, жена, только дождись.
На стол плюхнулся большой зеленый орел, и Ева открыла глаза.
— Какая встреча, — протянула, рассматривая наглую птичку. — Господин мертвый магистр соизволил вспомнить о нашем существовании.
Таль нахохлился и отвернул голову.
— В глаза смотри, когда я с тобой ругаюсь! — зашипела Ева. — Ты на кой меня в каверну спихнул?
Она, прищурившись, ухватила таля за шею и тут же выпустила, с непониманием глядя на свои руки.
