— Я не знал, что оно заперто, — пожал плечами Кристоф. — Ещё на планете баларов я получил план осадных ходов, некоторые из них сообщались с заброшенными колодцами. То, что вы их перекрыли, балары не знали. В любом случае, вы оба получили шанс выжить и воспользовались им.
— Что и привело нас к столь плачевному положению… — усмехнулся Сёрмон. — Ведь если б Авсур не уложил вашего возлюбленного короля в нокаут и не спустил живым в колодец, если б я не позволил тебе сломать замок на цепях и не указал, куда идти, чтоб выйти из долины, чёрта с два бы вы выжили и выловили нас! — он с яростью ударил металлическим браслетом по балке. — А ты, проводник, зря стараешься исполнить свои обещания. Мы выполнили твои условия, а ты обещал лишь прочитать свиток. Остальное — не твоё дело! Свитка нет, и ты свободен! Не пытайся выставить нас агнцами на заклание. Мы много времени жили, как звери, и стали зверями.
— Ты не говорил бы этого, если б это было правдой, — покачал головой Кристоф. — Потому что у тебя отсутствует основной инстинкт зверя — инстинкт самосохранения. Ты пришёл сюда, чтоб освободиться от своего проклятия, значит, ты этого хочешь, значит, ты против него идёшь. Он не смог взять тебя под контроль полностью. В тебе ещё есть душа, а у неё есть силы.
— Вы оба в чём-то правы, — произнёс Авсур. — Но послушай меня, Крис. Я уже готов смириться с этим, потому что я знаю, какая тварь живёт во мне. Если её можно уничтожить только вместе со мной, то я согласен умереть.
— А я нет! — взвизгнул Сёрмон. — Я хочу жить, даже с этой дрянью внутри, потому что если её не выпускать, то в месяце остается лишь несколько мерзких дней, которые можно перемаяться, а в остальные я ещё могу жить! Но ты, проводник, ни черта не сможешь сделать для нас. Потому что сами боги отвернулись от меня и моего друга в тот треклятый день.
— Вам пора встретиться с этими богами и выяснить с ними отношения, — кивнул Кибелл. — Потому что я не изменю решения. Вы умрёте.
— Пусть все боги вселенной откажутся от этих душ, но я не отступлюсь! — отчеканил Кристоф, и его голос эхом отразился от сводов камеры. — Я беру их под защиту и буду стоять до конца. Они умрут не раньше меня.
Кибелл медленно обернулся к нему.
— Это можно устроить.
— Нет… — Кристоф с усмешкой покачал головой. — В этой игре свои правила, король Дикта. Боги отвернутся от того, кто убьёт Воина Духа не в честном бою. Ты будешь биться со мной сам или выставишь другого?
И до того, как я успела что-то предпринять, Кибелл заявил:
— Я принимаю твой вызов, Джордан. Я сам буду биться с тобой, и даже если ты убьёшь меня, это тебя не спасёт, потому что на этой планете смерть короля оплачивается кровью. А вслед за тобой умрут они. По крайней мере, я буду уверен, что освободил мир от этой заразы!
VI
— Прекратите! — крикнула я, выступая вперёд. — Вы оба зашли слишком далеко! Вы думаете, ваш поединок и ваши смерти принесут кому-нибудь пользу? Вы оба нужны!
Кристоф медленно отвёл взгляд от глаз Кибелла.
— Ты не имеешь права вмешиваться в мою драку. Таков закон… — произнёс он, глядя на меня.
— Ты совершаешь ошибку и знаешь это, — проговорила я, — Он простой смертный и он не сможет справиться с тобой, это не будет честный поединок! Ты заносишь меч над головой того, кого боги дважды возвращали в этот мир. Ты нарушаешь волю Звёздных богов, и ты всё равно ничего не добьёшься, потому что погибнешь сам.
— Посмотрим, — он прищурился. — И к тому же… Воля богов… Это слова. Его возвращения — это даже не цепь случайностей. Сперва ты предупредила медикологов о его болезни, потом я подстелил ему соломку с помощью Рена Басара. Я выполняю свой долг, и он стоит у меня на пути. Где и когда, король?
— Подожди! — я кинулась к Кибеллу. Я вцепилась в отвороты его камзола и взглянула ему в глаза. — Выслушай меня. Ты не сможешь победить его. Он не человек в обычном смысле слова. Он убьёт тебя и сделает всё, чтоб вытащить этих двоих. Я знаю, на что он способен, и я прошу тебя, подумай ещё раз. Стоит ли того возможность сжечь в звёздном огне двух людей… я знаю, что ты скажешь… — я покачала головой, едва он открыл рот. — Я видела то, что случилось на Королевской площади. Но, может, он прав, и демона можно удержать в узде. Сила человеческой души неизмерима. Она творит и не такие чудеса. Души закаляются в борьбе и страданиях, и, может быть, именно эти двое избраны для этого тяжкого служения.
— Может быть, — перебил он меня, мягко отстранив. — Слишком много «может быть». Я уже умирал и знаю, что это такое. Я возвращался сюда с целью, ещё неясной мне тогда. Но, кажется, теперь я знаю, в чём она состоит. Я вернулся не для того, чтоб отбить последнее вторжение в мой мир. Я вернулся, чтоб завершить ещё один круг Аматесу и избавить мир от того, что когда-то породила наша проклятая прародина, — он взглянул на Кристофа. — Сейчас, на Турнирном лугу!
— Эти двое рехнулись! — взорвалась я. — Все демоны ада хохочут от восторга, слушая вас!
— Может быть, — кивнул Кристоф. — Ведь дорога в ад вымощена благими намерениями.
