Васька, матерясь, дал команду, оттянуться назад и перегруппироваться. Нагавкал на свободолюбивых инквизиторов, которые так рвутся вперёд, что бы доблестно умереть. Тем временем, вертолёты приземлились, и к ним рванул обслуживающий персонал, и машины, сноровисто пополняя боезапас. Этот раунд, пожалуй, за Генералом. Я лихорадочно перебирал имеющиеся в нашем арсенале заклятия, способные пробить защиту вертолётов.
Тем временем, адские машины снова поднялись в воздух и направились к нам. Видимо, нас уже там посчитали и просчитали. Два вертолёта направились в мою сторону. Без всяких церемоний, вроде пулемётного огня, они врезали по нам сразу из всего тяжелого вооружения. От такой атаки, нас унесло метров на пятьдесят в сторону, а запас энергии ощутимо уменьшился. Ну, ещё бы. Таким количеством зарядов и танковую роту сжечь можно. А у Василия дела совсем обстояли плохо. Пилоты решили не заморачиваться на пулемётном огне и били по магам ракетами нурс и птурс. Изредка, веером пуская очереди из автоматических пушек. Вот уже трое инквизиторов упали на землю. И один из них, мой птенец. Я разозлился.
Подтянув к себе поближе моих ребят, я на скорости подлетел к ближайшему вертолёту и врезал в него кулаком с одновременным выплеском воздушного заряда. Удар пробил блистер, сквозь дыру прорвался магический заряд, и вертолёт разорвало на части. Не давая врагам опомниться, я рванул к следующему и ещё один полетел к земле, коптя небо чёрным дымом. Так мы успели сбить ещё несколько, только двое успели скрыться под прикрытие зениток.
Оттянувшись назад, мы слегка отдышались от горячки боя. Васька подлетел и хлопнув меня по плечу, поблагодарил.
— Я уже думал, что всё. Кранты нам. Спасибо Саня, — он вздохнул, — Ребят жалко.
— Жалко, — кивнул я, — Ничего. Этих жалеть некому будет.
— Это точно, — улыбнулся он, — От этих памяти не останется.
— Кстати, один из наших должен быть жив.
— С чего так решил, — удивился Васька, — От таких ранений, да и при падении с такой высоты, не выживают.
— Выживают, — улыбнулся я, — Очнулся боец. Восстанавливается уже. Ему жрачки и питья побольше, и через пару дней будет как новенький. Моих птенцов не так просто убить.
— Даже так? — удивился он, — Так это ты скоро всех магов к себе переманишь. С такими-то артефактами.
— Я подумаю, — ответил я, рассмеявшись, заметив, как остальные инквизиторы, жадно ловят наши слова. И как горделиво приосанились те, кто уже получил мои браслеты.
— Кстати, хоть и не время, но пока наши враги перекуривают, мне тут место Комиссара предложили. В этом городе. Ты не против?
— А чего это я буду против? — удивился я.
— Ну, ты же офис зачем-то разнёс. И магов несколько сотен поубивал.
— Хм. Хоть, как ты говоришь и не к месту, но сам вспомни. Меня первого зацепили, да и Наталью ваши ребята… Ладно, хоть жива осталась. А сейчас мы союзники. Так, что — рули.
— Ну и хорошо, — он белозубо улыбнулся, — Шеф будет рад. А то он беспокоился, как ты отнесёшься к возрождению отделения организации в этом регионе.
— Слушай, Васька. Никак не пойму, ты же вроде мой птенец. А всё про какого-то там шефа вспоминаешь. А я тебе кто тогда?
— Ты мой мама, — он с серьёзным видом подумал и добавил, — и моя папа.
— Прикалываешься? — подозрительно спросил я.
— Ага, — рассмеялся он, — А вообще, не совсем. Если ты сейчас скажешь на полном серьёзе — Вася сдохни, я сдохну. Если ты скажешь, филиала тут не будет, его не будет. Но, привязка не лишает проявления инициативы. Я предложил, а решать тебе. Понял?
— Да вроде, — в большом сомнении, ответил я.
— Ладно, приму регион под свою руку, займусь своим воспитанием, — Васька снова хлопнул меня по плечу и показал рукой вниз, — Смотри, они вылазить не хотят. Пойдём к ним сами?
— Пошли. Чего ждать. Давайте вниз все, заодно на бойца нашего посмотрим.
Мы опустились среди деревьев, вдыхая чистый, лесной воздух. Правда, порывами ветра иногда приносило запах гари, где-то неподалёку горел вертолёт. Я наравился туда, где по ощущениям находились мои браслеты. Метров через двести, под кустом, мы увидели моего птенца. Смотрелся он конечно страшно. Почти пополам разорванное тело, лужа крови. Но он был жив и в сознании. Я быстро влез ему в мозг и отключил болевые ощущения. Он с облегчением вздохнул.
— Спасибо.
— Не за что, — я присел рядом, на корточки, — Полежи пока. Мы закончим с этими уродами и вернёмся за тобой.
— Почему я ещё жив? — прошептал он.
— А это теперь твоё свойство такое, быть тяжело убиваемым. Мне ещё хуже пришлось. Мне не только тело покрамсало, но и руки-ноги поотрывало. Как видишь, я живой и целый. И ты дня через два будешь здоров. Сейчас я тебя усыплю, что бы, не скучал. Очнёшься дома уже. Спи, давай.
Я послал импульс в его мозг и раненый расслаблено закрыл глаза. Я посмотрел на его энергетику, подстегнул регенерацию и поднялся.
— Пусть спит. Пошли дальше.
— Пошли, — согласился Васька и, дав команду, направился в сторону базы.
