Дети начали замерзать, к тому же подступило чувство голода. Саша с горечью вспомнил, как однажды в загородной поездке выбросил полбутерброда с колбасой, и тяжело вздохнул. Тут же тяжело вздохнула и Маша, она с удовольствием съела бы сейчас мамин борщ, который, капризничая, скривив рот, отодвигала от себя дома.
К счастью, ДИМА держал в своей памяти весь перечень содержимого летательного аппарата. Он извлек из ящиков в кабине два толстых шерстяных свитера, теплые спальные мешки и обнаружил недельный запас питания для аэронавтов. Поскольку этот запас был предназначен для четырех взрослых людей, дети могли не волноваться по этому поводу самое малое две недели.
После вкусного ужина, за которым они объелись черносливом, шоколадом и печеньем с консервированным компотом, Маша и Саша договорились экономить еду на всякий непредвиденный случай и есть только по чуть-чуть, только чтобы не умереть от голода. Теперь-то они убедились, что такие непредвиденные случаи подстерегают человека на каждом шагу. И Саша и Маша грустно вспоминали как часто родители просили их быть осторожными и внимательными во дворе и на улице, а они только отмахивались.
— Бедный папочка, — вздохнула Маша, — наверно он сильно ушибся о дерево, может быть даже попал в больницу…
— Папа настоящий спортсмен, сильный и ловкий. Он был и альпинистом и скалолазом, так что обязательно выкрутится из любой сложной ситуации — возразил Саша.
Удивительно, что как только они твердо решили экономить еду, им сразу захотелось есть. Маше мерещились всякие сладости в красивых упаковках, расплавленный шоколад, как в рекламных роликах, обливал орехи и вафли, превращаясь в аппетитные шоколадные батончики, хороводом кружились перед ней хорошенькие баночки с йогуртом, плавно снизилась большая тарелка, уставленная пирожными, и рядом примостилась большая фарфоровая чашка с горячим какао.
Перед Сашей, как он его не отгонял, раз за разом возникал образ загорелого, поджаристого цыпленка, который медленно поворачивался в гриле, из кастрюльки с кипящей водой выпрыгивали и плюхались в сметану пельмени, острый ножик ловко нарезал кружочки колбасы, ломтики ветчины и сыра.
Так они и сидели, глотая слюну, не в силах признаться один другому, что готовы снова запустить руки в неприкосновенный запас.
— Ну вот что, надо срочно заняться каким-нибудь делом! — решительно сказал Саша, — иначе мы от безделья растранжирим весь наш запас. И есть нам хочется не от голода, а только чтобы получить удовольствие от всякой вкуснятины! Мы будем вести бортовой журнал, запишем все события, которые произошли после начала полета и которые еще произойдут.
— А еще мы будем делать уборку, и попросим Диму научить нас управлять воздушным шаром.
— И еще зарядку, и разные упражнения. Как космонавты, чтобы от неподвиж-ного образа жизни не ослабли наши мышцы!
Северо-западный циклон не теряя силы продолжал гнать шар на восток, не позволяя им снизиться. Только изредка в просветах облаков они видели сплошную, куда хватало глаз, тайгу, скалистые или покрытые лесом горы. Проплыла однажды под ними могучая, невиданной ими ширины река, по которой медленно ползли длинные плоты, это по реке шел сплав леса, их обгоняли крохотные быстроходные катера и белоснежные теплоходы.
Однажды ночью они попали в грозу, вокруг шара засверкали страшные, хвостатые молнии в сопровождении оглушительного грохота и треска. Порывы бури бросали шар из стороны в сторону. Саша и Маша укрылись с головой в своих спальных мешках, будто мешки могли защитить их от молнии, и сжались в комочки, но ДИМА казался очень довольным:
— Настоящее экстремальное испытание! Работать в такой наэлектризован-ной атмосфере, среди молний и в настоящей буре — это же мечта для любого робота!
— А мне папа говорил, что в грозу надо отключать компьютер, иначе могут полететь его программы и компьютер выйдет из строя. По моему, ДИМА, тебе необходимо отключиться, пока не кончится гроза! Пожалуйста, отключись!
— Это исключено. Я командир воздушного шара, а командир не может отключаться ни при каких обстоятельствах!
И снова ослепительная молния, совсем рядом с ними, как показалось детям, расчертила ночное небо. На этот раз и ДИМА покинул свое командирское место, откуда он наблюдал за приборами и управлял газовой горелкой, и обхватив голову манипуляторами, уселся на дно кабины рядом с детьми. На его корпусе беспорядочно вспыхивали и гасли разноцветные лампочки, настойчиво мигали красные аварийные, изнутри корпуса робота раздавалось уже знакомое детям улюлюканье, сигнализируя о неполадках в операционной системе ДИМЫ.
