- Но... в подлесье же живут цыгане и бандиты! Там всегда дерутся и режут друг друга ножами! Почему они будут жить у нас??
- По кочану, - буркнул Мишка, - Сонька, я занят серьезным делом, я паяю усилитель, а ты мне мешаешь.
- Да, ты всегда паяешь этот усилитель, - махнула рукой я
- Да, всегда, - очень сердито ответил Мишка, потому, что мне постоянно мешают, вот сейчас тоже!
- Я маме расскажу, что вы с Лехой в апреле ходили купаться, - сказала я
Мишка застонал и отложил паяльник.
- Тетя Белла и дядя Лазарь поменялись квартирами с этими людьми, и они будут жить рядом с нами. Теперь ты отстанешь?
- Так значит, они не уезжают в Израиль, а просто переселяются в подлесье что ли?
- Нет, они уезжают, все Сонька, иди, займись чем-нибудь и дай мне спокойно поработать, я уже из-за тебя забыл, какое мне тут переменное сопротивление надо: на 33 кОма или на 47 кОм. Вот будешь меня доставать, я точно тебя в следующий раз не пущу смотреть, как мы с Лехой фотографии печатаем!
И мне пришлось отстать от Мишки, потому что смотреть, как печатают фотографии - это самое интересное, что может быть. А происходит это так.
Сначала Мишка с Лехой снимают со шкафа увеличитель, раскладывают пачечки с фотобумагой и Мишка спрашивает: "Унибром или бромпортет?", а Леха говорит, чтоб доставал и то и другое. Потом окно завешивают одеялами и зажигают фонарь с красным стеклом. И в комнате сразу становится все красное и жуткое. Мишка с Лехой садятся около стола, а я забираюсь на Мишкину кровать и смотрю, как они долго наводят резкость, поднимают и опускают огромную голову увеличителя, потом, наконец, подкладывают лист бумаги и громко считают до пяти или шести и белый еще листик бумаги окунают в ванночку с проявителем. И вот тут наступает самое интересное. Сначала листик просто лежит в проявителе, а потом на нем начинает все быстрее появляться картинка. Когда она полностью появится, листик кладут во вторую ванночку с закрепителем, а потом уже в большую ванночку с чистой водой. Когда все фотографии напечатают их кладут сохнуть, и постоянно бегаю проверять, высохли ли они, потому что если их пересушить, они свернутся.
Вот поэтому я отошла от Мишки и пошла заниматься чем-нибудь, а Мишка пошел к тете Белле звонить по телефону Лехе и спрашивать про сопротивление.
У тети Беллы дома есть телефон. Все потому что дядя Лазарь - очень важный и редкий человек. Мама говорит, что другого такого нет во всем городе, а папа добавляет, что и во всей стране такого нет. Дядя Лазарь - непьющий сварщик! Поэтому у него большая зарплата и халтуры, и телефон дома, и тетя Белла не работает, а обеспечивает уют и украшает жизнь. А у нас папа - обычный инженер-конструктор, и у него оклад и рацухи, и телефона у нас дома нет. Но на самом деле, это неважно, потому что все, кто хочет позвонить нам, просто звонят тете Белле. Да и звонят нам не так часто. Иногда папе звонит его начальник, и тогда тетя Белла кричит нам в дверь: Куриленко! Раз в неделю нам звонит мамина мама - бабушка Лея или мамин брат дядя Яша, и тетя Белла тогда кричит: Стародубские! А иногда звонит папина мама - бабушка Сима, и тетя Белла кричит: Гомельские! Потому, что бабушка Лея и дядя Яша живут в Стародубе, а бабушка Сима в Гомеле. А вот сама тетя Белла постоянно разговаривает по телефону. Когда с утра мы - мама, Мишка и я приходим, она машет маме руками заходить, мне машет руками проходить в комнату, а Димке машет руками брать портфель и идти в школу, а сама в это время сидит в коридоре на пуфике возле трельяжа и быстро-быстро говорит в трубку. Мишка помогает Димке закрыть портфель, и они все втроем: мама Мишка и Димка, идут в школу. Мама, конечно же, в школе не учится - она наоборот учитель математики в средних, и даже старших классах. Они уходят, а я иду рисовать или играть тихонько, чтобы не мешать тете Белле делать важный телефонный разговор.
Но в это утро тетя Белла вовсе не сидела на своем пуфике - она сидела на полу, гладила Тимку и плакала. А когда мы вошли, вскочила и кинулась на шею маме.
- Идочка, - вскрикнула она и опять расплакалась.
- Господи, Белла, что случилось, - испугалась мама
Тетя Белла быстро взглянула на нас и прошептала:
- Исаак от геклинген. Эр койфн а билет ин морган
Мама рассмеялась и стала гладить тетю Беллу по волосам и утешать
- Ну и что же ты плачешь, глупая ты, вы же столько к этому шли! Надо радоваться! Белка, ну прекрати, ей-богу.
Тетя Белла опять кинулась к Тимке и спросила
- Идочка, а вдруг они станут обижать Тимку?
- Не станут, - ответила мама, - мы вообще его к себе заберем. Правда, дети?
Я, как это услышала, так просто аж дышать перестала, чтобы не спугнуть, а Мишка важно сказал:
- Вы мне потом, тетя Белла расскажите, что он ест, маме некогда, а я буду варить ему.
Я дернула Мишку за рукав и прошипела ему в ухо:
- Я тебе потом расскажу, что он ест.
Тетя Белла опять вскочила и воскликнула
- Ида! Вы должны забрать наш шифоньер!
- Ты что, - испугалась мама, он же совсем новый! И потом. Вы же всю мебель отдаете Шуру!